— Ты связалась с Прохором? — наконец негромко спросил Сигурд, повернув голову.

Его голос звучал ровно, без тревоги, однако Василиса слышала в нём то, чего не уловил бы посторонний: внутреннюю собранность человека, который уже держит в голове ближайшие минуты возможной драки.

— С магофоном не вышло, — так же тихо ответила она. — Я пыталась на крыльце, пока ждали машину. Связи нет.

— Аркалий?

— Либо он, либо Борегар поставил глушащий артефакт по периметру. Возможно, и то и другое. — Василиса вздохнула, покосившись на спинку переднего сиденья. — Это логично. Странно было бы экранировать подвал и оставлять верхние этажи открытыми.

Кронпринц кивнул, принимая ответ, и собирался задать следующий вопрос, однако Голицына опередила его:

— Однако на дереве у подъездной аллеи сидел Скальд.

Эрикссон медленно повернулся к ней целиком.

— Прохор прислал ворона?

Василиса знала, что шведский кронпринц в том числе и потому относился к Прохору с такой неподдельной уважительностью, что над князем постоянно кружил чёрный посланец Одина или Всеотца, как называл его сам Сигурд. Её всегда тихо смешило, что родина принца до сих пор почитала старых богов.

— Разумеется, — княжна позволила себе короткий, почти нервный смешок. — Он никогда бы не отпустил нас на задание без присмотра. Я заметила Скальда, когда мы шли к машине. Сидел прямо на фонаре у лестницы. Я успела озвучить самое главное. Ворон каркнул в ответ, значит, услышал.

Сигурд перевёл взгляд в окно, и Василиса увидела, как под кожей его скулы напряглась жилка.

— Значит, князь уже знает.

— Знает. И начнёт действовать раньше, чем мы доедем до резиденции.

Несколько километров они проехали в тишине. Фары выхватывали то ствол дерева, то указатель, то рыхлую поверхность придорожной канавы. Дорога петляла вдоль берега, и где-то слева, за сплошной полосой сосен, угадывалось огромное тёмное пространство одного из Великих Озёр, не видное, но ощутимое так, как порой чувствуется в тёмной комнате второй человек, пока ещё молчащий.

Голицына закрыла глаза и ещё раз прокрутила в памяти то, что успела услышать через приоткрытую дверь подвала. Предчувствие давило на грудь, как тяжёлое одеяло, которое никак не удавалось сбросить.

— Что-то не так, — сказала она тихо.

Сигурд ничего не ответил. Пальцы шведа на рукояти секиры сжались чуть плотнее.

* * *

Охранник у служебной лестницы терпеливо ждал Борегара. Вскоре показался хозяин заведения в сопровождении двух телохранителей в чёрных костюмах. Дезире шёл тяжело, перекатываясь с ноги на ногу, как пингвин, и массивные перстни на его пальцах глухо постукивали о декоративные перила.