Откинувшись на спинку стула, я скрестил руки на груди.
— Поясните.
Мария Романовна сложила руки на колене перед собой, переплетя пальцы.
— Боярин Шубин явился ко мне в Смоленск с просьбой стать знаменем его «движения», — княгиня выговорила это слово так, будто брезгливо брала его двумя пальцами за самый край. — Смешной, мелкий помещик, который возомнил себя предводителем, потому что выгнал учителя из школы и собрал три десятка хмельных дворян в трактире. Сам по себе он ничтожество, и вы это понимаете не хуже меня.
Я кивнул. Шубин занимал мои мысли примерно так же, как блоха на дворовой собаке: раздражает, однако угрозы не представляет.
— Я его выслушала, — продолжила вдова. — Задавала вопросы. Дала понять, что сочувствую, и это запустило процесс. Шубин вернулся к своим и разнёс по округе весть, будто вдова Потёмкина «принимает» и «сочувствует». Мелкие помещики, отставные офицеры, обиженные чиновники потянулись к нему сами, как мошкара на пламя свечи. Я дала кое-какие деньги, оказала знаки внимания. Этого хватило.
За окном ударили по наковальне. Княгиня выждала, пока звон не угаснет.
— Шубин и его компания — шум, — она чуть склонила голову. — На этот шум потянулись совсем другие люди. Те, кто при моём муже был завербован или повязан с его сетью: влиятельные купцы, промышленники, чиновники среднего звена, дворяне из Владимира, Ярославля, Мурома и Костромы. Они явились не от Шубина. Они явились, потому что прослышали, будто княгиня привичает тех, кто противостоит Платонову, и решили, что пора выползать из нор. Безнаказанность вашего боярина и ему подобных сработала для них как сигнал, что можно выходить из тени.
Вот оно что…
Раскрыв папку, я обнаружил, что Мария Романовна разделила материал на две части. Первая — мелкая шушера. Три десятка фамилий, исписанных убористым почерком: имена, даты, содержание бесед. Судя по пометкам, семеро воображали себя идейными, четверо пришли за деньгами, а остальные — за бесплатнй выпивкой на банкете Шубина. Во все эпохи пропорция оставалась примерно одинаковой. Эта часть интересовала меня постольку-поскольку: имена здесь Коршунов добыл бы и сам, дай ему неделю. Если уже не добыл…
Вторая часть представляла куда больший интерес. Люди, которые пришли, привлечённые слухом о том, что вдова готова возглавить их движение. Записи здесь были подробнее: через кого вышел на контакт, что предложил, какие ресурсы за ним стоят. Перевернув несколько страниц, я зацепился взглядом за три фамилии, которые Коршунов безуспешно выслеживал полгода. Сидели тихо, как клещи в складке одежды, и ни одна проверка их не выявила. А вдова покойного врага подала мне их на блюдечке с голубой каёмочкой…