— Хочешь, чтобы я приходил еще к тебе и делал клинки?
— Ну как не хотеть. Пусть ты и станешь теперь осторожнее. А все одно натуру не исправишь, — усмехнулся дварф, — поэтому да.
— Тогда помоги выжить. У меня завтра уже участие в турнире чести. Нужно снаряжение, чтобы я оттуда если не целым, то хоть живым вышел. Меч у меня есть. Так что…
— Покажешь? — тут же с интересом придвинулся дварф. — Тогда помогу.
— Покажу, но сразу чтоб понятно было, как он такой получился, я не знаю. Его батя ковал перед тем, как исчезнуть, — уточнил я, доставая клинок из ножен.
— Ага, угу, — бормотал кузнец, оглядывая со всех сторон меч. Затем взял за рукоять и тут же, поморщившись, отдернул ладонь. — Отличный меч, знает, чертяка, своего хозяина. А чего у него все лезвие будто жуки поели? Поди, забивается постоянно, когда пользуешь?
— Да нет, он прожорливый, потому постоянно словно чистый.
— Брешешь! — проговорил Бохай, по-новому глядя на меч. — Это ж как ты таким сокровищем обладать стал? Продай! Двадцать, нет сорок золотых за него дам! Ну хочешь, сто! — настаивал он, постоянно повышая цену. Но я лишь отрицательно качал головой.
— Простите, но это память от отца и матери. Не продам ни за какие деньги. С собой в могилу унесу, если понадобится.
— Ха, — дварф покрутил на пальце кольцо с гербом, — ну ладно. Может, ты и дурень, но честью клана и наследством дорожить умеешь. Приходи в любое время, когда свободен будешь. Мои печи работают круглые сутки. А доспех… Что же. Есть у меня одна вещица. Готовил я ее на человека, охотника на дрейков. Да тот сгинул, пока добирался. Так что теперь он свободен. Штука весьма специфичная получилась. Ни для всадника не подойдет, ни для рыцаря, что со щитом. А вот тебе, быть может, в самый раз придется.
Когда доспех вынесли, я понял, в чем состоял весь юмор ситуации. Да, с таким левым предплечьем еще и щит взять не удастся. Будто балкер вплавили в браслет. А чтобы оно не проворачивалось вниз, вся левая рука полностью одевалась в пластинчатые латы. Было бы логично, да только центр представлял из себя одну весьма толстую кирасу и гульфик. Правая рука покрывалась исключительно мелкой кольчугой, вероятно, для мобильности. Составные перчатки со встроенным кастетом. Для ног использовались обычные наколенники, идущие от стопы до колена, и регулируемые стальные боты с прямым носком.
— Да… Интересный выбор.
— Вот и я говорю, — кивнул дварф, — но раз ты с двуручником сражаешься — тебе, может, и подойдет. Да, кираса и наплечники из толстой стали. Тяжеленькие, зато с двадцати метров свинцеплюй держат. Не говоря уж о стрелах. Как у тебя с силой?