И второй! Вижу его нить — она крепко привязана к Орлову, к выполнению приказа босса. Повторяю то, что уже делал при обороне поместья во время штурма: отправляю импульс в нить криоманта и подменяю на секунду договоренность «выполнение приказа» на «предательство».

Криомант начинает искать в дыму взглядом Орлова, его криомагия, искрившаяся на пальцах и уже готовая было вырваться каким-нибудь очередным ледяным шаром или ледяными шипами, гаснет. Он не понимает, что происходит, зато я понимаю — связь твоя, голубчик, с командиром на исказилась.

Пусть и на пару секунд, но этого мига хватает. Тень, с кем-то воюющий чуть в стороне, не упускает момента. Один выстрел с глушителем — короткий, сухой хлопок. Криомант падает. Его нить рвется, все, готов.

Пока я брал на себя внимание основной силы — магов, Елена выбрасывает последние дымовые шашки.

— Серпов, к выходу! — кричит она, то хватаясь за голову, которую не устают атаковать менталисты, то отстреливаясь в сторону этих самых менталистов.

В этот момент сквозь дымную завесу вижу, как одна из сфер, все еще летающая под потолком в хаотичной траектории, врезается в коллектор с кристаллом при одном из саркофагов. Яркая вспышка, оглушительный хлопок — и установка взрывается.

Это цепляет соседний коллектор, тот вспыхивает синим пламенем.

Вот теперь правда пора валить.

Елена бросает последнюю шашку, и мы выскальзываем в коридор. Бежим к массивной шлюзовой двери. Навстречу попадаются растерянные техники — мы проносимся мимо. Добегаем до двери, Гром уже здесь, ждет, пропускает нас вперед.

— Где Тень? — рявкает он, оглядываясь.

Я останавливаюсь в проеме. Тень не видно.

— Ждать не можем! — кричит Елена, ее перекрывает рев сирен и новый грохот из лаборатории.

В этот момент раздается резкий, механический щелчок, и массивная дверь с низким гулом начинает сдвигаться сама — по ходу, система аварийной изоляции сработала от взрывов.

— Нет! — Гром бросается к панели у двери, я — к монитору на посту охранника. Тычу в иконку шлюза, тычу в надпись «Открыть». На дисплее всплывает красный треугольник с надписью: «АВАРИЯ. ЛОКАЛЬНАЯ БЛОКИРОВКА. ДОСТУП ОТКЛЮЧЕН».

Бью по монитору кулаком — бессмысленно. Дверь с тяжелым, окончательным стуком захлопывается, отсекая лабораторию с ее огнем, дымом и нашим человеком. Через маленькое бронированное окошко вижу мечущиеся в дыму фигуры и очередную вспышку. Затем — только отражение своего лица в потускневшем стекле.

— Пошли, — говорю я, отлипая от окошка, и говорить это, мягко скажем, тяжело в этих обстоятельствах. — Сейчас взорвется все.