Провал с микроавтобусом и мое появление в роли логиста заставили Зимина перетряхнуть всю систему. Был отдан приказ о зачистке тех, кто, ну как сказать, «слабое звено». Петров, в силу своих прошлых косяков, оказался таким, да еще и знает слишком много о прошлом. Он каким-то образом предугадал намечающиеся движения против себя и бежал, пока за ним не пришли.

Моя задача состояла в том, чтобы найти его и доставить живым. Местонахождение — район Хорошево-Мневники, малозаметный гаражный кооператив, временное укрытие, которое он нашел сам, пытаясь выиграть время.

Я отправляю Елене краткое описание задачи. Ее ответ приходит через двадцать минут: «Петров? Идеально. Морозовы сами подкладывают нам живую энциклопедию по своим старым грехам. Только прилагают к ней отряд ликвидаторов, наверняка уже отправленных за этим самым Петровым. Вот разве что это меня чуток беспокоит».

Я отвечаю: «Значит, будем вежливыми гостями».

Откладываю телефон и приступаю к утреннему ритуалу. Сегодняшнее блюдо — овсянка. Запиваю ее чаем, который по цвету и вкусу напоминает ржавую воду. Пока ем, пытаюсь «считать» свои же нити. Нить от меня к тарелке — густого, обвиняющего серого цвета. Нить от меня к чашке — тонкая, дрожащая ниточка надежды, что сегодня он будет хоть чуть горячее. Тренируюсь на том, что есть.

Выезжаю через час, за рулем серого Solaris, в котором пахнет старыми сигаретами и бензином. Я — типа Виктор Жуков, инженер-технолог с типа якобы неисправной машиной.

Аромат в машине — отдельная песня. Пахнет так, будто здесь несколько лет подряд курили, ели дешевый шашлык и плакали о несбывшихся мечтах. Хотя для моей роли замученного жизнью инженера — все как надо, все то что надо. Почти не нужно даже включать актера и отыгрывать роль.

Район гаража Петрова оказывается тем, чем и описывалось: захолустной территорией за ржавыми воротами, при разбитом асфальте. Нахожу нужный бокс. Дверь приоткрыта, внутри слышны звуки работы.

Делаю глубокий вдох, в очередной раз сбрасывая с себя кожу Артема Серпова. Захожу внутрь.

В гараже творческий беспорядок. Под потолком пыльная лампочка, освещающая фигуру мужчины под старой иномаркой. Он что-то яростно откручивает, движения резкие, нервозные.

— Алексей Петров? — спрашиваю я.

Он выползает из-под машины. Лицо изможденное, глаза при этом лихорадочно блестят.

— Я. А вы кто?

— Слышал, вы лучший в районе по карбюраторам, — киваю я на разобранный двигатель. — Нужна помощь. Машина на улице, на холодную не заводится.

Он изучающе смотрит на меня, вытирая руки о грязную тряпку.