Вот потому императрица Цыси, узнав от Фока о будущем ее собственного народа, и сделала ставку на свою племянницу, что стала женой Александра Викторовича. И под прикрытием русских штыков началось становление Маньчжоу-Го, нового «старого» государства «северных Цин». И пошло теперь «оманьчжуривание» ханьцев, фактически насильственное. Но выбор не ставился между «или-или», добавили «либо-либо». Вот именно третий вариант выбирали китайцы, почти треть жителей. Они стали принимать православие, выбирали новые имена и фамилии, превращаясь в русско-подданных. Вполне нормальный процесс — их селили в полосе отчуждения и русифицировали, частью высылая в Приморье. Там у казаков и переселенцев была отчаянная нужда в рабочих руках, а тут вполне официальные батраки практически даром и сроком на три года.
Треть становилась маньчжурами и монголами, из тех, кто был связан родственными узами или проживали долгое время рядом с «титульными» народами. Оставшаяся треть в большей части оказалась на «птичьих» правах — они просто работали на заводах, рудниках и полях, получая за свой труд много больше, чем могли бы получить за южной стороной «Великой стены». И жили вперемешку с местными — Фок прекрасно понимал, к чему может привести создание «чайна-таунов».
Все остальные являлись по вероисповеданию христианами — католиками, лютеранами, кальвинистами и прочими сектантами — и такие встречались — сбежавшими от резни, которая началась еще во время «боксерского» восстания, и потихоньку продолжалась на всей территории Поднебесной. Селились в основном в городах, прекрасные и дисциплинированные работники. В последнее время среди данных подданных наметилась очень интересная тенденция — эти христиане старались поселяться в немецких кварталах, что расширялись в каждом городе по мере становления промышленности. И становились «немцами», вполне хорошо воспринимая язык Гете и Шиллера. Да и своим подданным кайзер Вильгельм настоятельно рекомендовал присягать на верность «северным Цин».
И тем хороши дойчи, что они приезжали всерьез и надолго, обустраиваясь на новом месте весьма обстоятельно. И не имели цели быстрее сделать состояние, как другие европейцы, и уехать потом в Париж или Лондон, увозя с собою капиталы. Да и русский Дальний Восток принялись осваивать отнюдь не по-хищнически, начав добычу свинца в Тетюхе, или нефти на северном Сахалине, или угля в Сучане. А после договоренностей с кайзером, процесс за полгода вообще упорядочился — все шло на паях с русскими, и все определенно направлялось к созданию некого экономического союза без всяких внутренних пошлин и «таможенных войн».