Генерал от инфантерии Радко дмитриевич Радко-Дмитриев. В годы 1-й мировой войны командовал 3-й армией Российской империи. Расстрелян вместе с генералом Рузским и другими заложниками в 1918 году.
"На нож" — картина Ярослава Вешина 1912 год. Болгарская пехота идет в рукопашную, захватывая турецкую позицию.
Глава 25
— А вот этого мы уже не стерпим — османы зашли слишком далеко! Никому не позволю убивать российских послов!
Император Александр Михайлович был в ярости — он впервые почувствовал, как внутри клокочет бешенство, требующее немедленного выхода. Ведь вчера, средь бела дня, большая группа сбежавших от Адрианополя турецких аскеров во главе с офицерами, остановила карету с русским чрезвычайным и полномочным послом, тайным советником и гофмейстером Императорского Двора Чарыковым. Несмотря на то, что Николая Валерьевича охраняли приставленные великим визирем охранники, его вытащили из кареты и закололи штыками, также поступили с сопровождавшими его лицами, ехавшими во второй карете. Перебили всех, включая кучеров, а вот охранников только избили, разоружив.
— Не может быть просто бесчинством! Эта спланированная акция, нас хотят спровоцировать на ответные действия! Но кто такое измыслил?! Вена или Лондон?! Кто?!
Свидетелей этого жуткого преступления оказалось неожиданно много, все же этот квартал примыкал к «посольскому», и считался вполне безопасным. Расправу видел секретарь германского посольства с помощником военным атташе, что попробовали ее остановить, но были побиты и обруганы. Свидетелями стали голландцы и датчане, а также репортеры многих европейских газет, которым было запрещено покидать Константинополь.
Все было настолько откровенно и цинично проделано, что Александра Михайловича пробила оторопь, не менее растерянным выглядел министр иностранных дел Сазонов. Даже появилась мысль, что это было нарочито сделанное предупреждение — неизвестный пока злоумышленник как бы заявил, что он знает о приготовлениях в Крыму.
— Все тайное рано или поздно станет явным — тогда я отомщу!
Оставался невыясненным только один вопрос — зачем Николай Валерьевич отправился туда, вот где «собака зарыта, вместе с ошейником», как сказал бы Александр Викторович Фок.
Ведь в городе вот уже три дня шли бесчинства над христианским населением. Причем только над греками и армянами, что не могло не вызывать озабоченность в России — события нарастали лавинообразно, и все становилось похоже на кровопролитие 1895 года. Провозглашенная терпимость турок к равноправию христиан, объявленная после совершенного младотурками переворота, оказалась откровенным обманом, ведь не могут господа считать себя равными собственным рабам?!