Фок посмотрел в окно — там царствовала ночь — середина осени, скоро придут холода, в декабре может выпасть снег, хотя в южной Маньчжурии и тепло. И снова принялся размышлять вслух, как делал частенько — привык за долгие годы жизни.
— Сербам теперь не до претензий к восточному соседу на счет Македонии — договоренности при «свидетелях» подписаны. Им бы теперь «свое» от Австро-Венгрии получить, а сие весьма затруднительно. Так что поневоле в империю вступят, на нее только останутся надежды, ибо сильный слабого съест. Про «армянское царство» Петра Николаевича не говорю — только от России получит помощь, более никто ее ему просто дать не в состоянии — второй сосед у него турки, точащие ножи.
Александр Викторович закурил папиросу, понимая, что расклады сделаны, а в том, что хватит шести недель для победы, он не сомневался. Война началась одновременно с нападением Италии, а не годом позже, когда турки сделали выводы и начали реформировать с помощью немцев свою армию. Теперь кайзер выдержит паузу, и начнет помогать всерьез, но не для войны с Византией, а для возвращения Египта и Ливии, а возможно и Алжира с Тунисом. Новыми европейскими «хозяевами» там сильно недовольны, и на этом младотурки могут хорошо сыграть.
— Хотя, кто знает — моча в голову ударить может! Но воевать с Россией в одиночку они не станут — будут настойчиво искать союзников. Ведь ежу понятно — только тронь проливы, и русские начнут за них драться насмерть. А реформировать армию дело долгое — года на четыре, минимум три — так что срок выбран правильно.
Фок посмотрел на карту, прикидывая, как поступит в такой ситуации Австро-Венгрия. Если внемлет доводам Вилли, то объявит своей Боснию, отдав сербам Герцеговину и произведя ротацию населения. Тогда кусок Албании старый Франц еще проглотит и все — расширения своей державы на восток проводить не сможет. Если же нет, то всяческие расклады возможны, причем неприятные — место России в Антанте займет Вена, и состав участников 1-й мировой войны станет совсем иным…
Что рассчитывала получить Сербия от дележа турецкого "наследства".
Глава 24
— Ваше высокопревосходительство, Адрианополь ключ к воротам Константинополя, и он теперь наш! Мы сбили последнее препятствие на пути к Босфору — далее у турок нет крепостей!
Командующий болгарской армией генерал Радко-Дмитриев буквально сиял лицом, обращаясь к генерал-адмиралу Алексееву, что своим черным флотским мундиром выделялся среди офицеров в полевом защитного цвета обмундировании. Радко Дмитриевич был стойким сторонником «пророссийской партии» правящих кругов Болгарии, четверть века тому назад принимал участие в заговоре против князя Александра, считая, что немцам нечего делать на престоле его страны. Переворот не привел к успеху, и молодой офицер, избегая ареста, уехал в Россию, где был зачислен в лейб-гвардии Уланский полк, закончил позже академию Генерального Штаба и дослужился до начальника штаба дивизии. Перед самой русско-японской войной вернулся на родину, однако после известий о победах императорской армии на маньчжурских сопках, снова выехал в Россию.