Броненосный крейсер "Шарнхорст" в составе Азиатской эскадры кайзерлихмарине.
Глава 20
— Николай Александрович, не стоит верить всему, что пишут в газетах. Мы с вами люди военные, а потому прямолинейные — прикажут бить, от всей дури вмажем… из главного калибра! Дипломатам язык дан, чтобы скрывать свои мысли, а газетчикам выдавать свои «влажные фантазии», как говорит один мой друг, за реальные события — врут, собаки, и не краснеют, сенсации из пальца высасывают, как телята в стойле из коровьего вымени. Вот только эти шелкоперы перепутали его с бычьим «рогом» и отнюдь не тем, что из головы Минотавра торчит!
Адмиралы весело рассмеялись над отнюдь не куртуазной шуткой, но так они люди военные, к тому же говорящие на особом лексиконе. Недаром чуть ли не полтора века тому назад, адмирал Спиридов так увлекся рассказам о Чесменской победе, что стал рассказывать о ней императрице Екатерине II исключительно «загибами», которые так любил создатель регулярного флота царь Петр Великий. Мудрая женщина слушала адмирала настолько терпеливо, что тот, завершив повествование, сообразил, что использовал отнюдь не придворную лексику. Попробовал извиниться, но был остановлен словами — «ваш рассказ удивителен, но я ваших морских терминов не понимаю». После чего ему протянули ручку для лобзания, и одарили наградой. И все моряки дружно сделали вывод — победителей не только не судят, им венценосные особы многое простить могут!
Дело за малым — добиться этих самых викторий, сокрушив неприятеля. Однако с этим делом оказалось туго — полвека, со времен Синопа, русский флот жаждал славы, вот только она оказывалась совсем не той, скорее отрицательной. Корабли гибли во время штормов, вылетали на камни, распарывая днища, а то вообще пропадали с концами, как несчастная «Русалка». А начавшаяся война с японцами должна была окончательно похоронить РИФ, который после нее представлял жалкое зрелище и вызывал только насмешки у всех великих держав. Ведь потерять столько кораблей не только погибшими, но и попавшими в руки неприятеля могли только те, кто много лет занимался не тем чем нужно.
— Вера в собственное «раздутое могущество» однажды погубит Россию, — пробормотал Алексеев запомнившиеся ему слова Фока, которыми тот однажды его ошарашил, как и перечнем возможных потерь РИФ втой, уже несостоявшейся истории. Ведь действительно, 1-я Тихоокеанская эскадра потеряла тогда в боях два броненосца, броненосный и бронепалубный крейсера. Четыре броненосца, броненосный и три бронепалубных крейсера достались трофеями японцам. Со 2-й эскадрой Рожественского произошло ужасное — в бою погибли семь броненосцев, три броненосных и два бронепалубных крейсера («Изумруд» прорвался, но наскочил на камни у Владивостока и был взорван). А сразу четыре броненосца (неслыханный позор!) сдались в плен, спустив славный Андреевский флаг.