Он положил на стол папку, и в ярком свете я заметил, что имя и фамилия на папке были заклеены. Очевидно, не случайно.

— Вы — выдающийся человек, мастер Юсупов, — начал мужчина, задумчиво перебирая страницы.

— Я не специально, — ответил я, и за столом послышались едва различимые смешки.

Про себя же я отметил, что у Братства имеются хорошие связи не только в Синоде, но и в охранном отделении. Причем, в самых верхах. Потому что перед мужчиной лежало личное дело из моего лицея. Директор или делопроизводитель лицея для дворян нипочем бы не продали оригинал. Слишком уж они дорожат своими местами. Максимум, что Братство смогло бы получить, обратившись к ним, это копию. Но тогда край штампа был бы черным. А вот людям из охранного отделения дело вполне могли передать. Но для этого нужны были соответствующие запросы, которые могут организовать только люди, занимающие должность не менее начальника отдела. И у Братства были эти бумаги.

Да и штамп заклеен очень небрежно. Как будто нарочно. Словно человек из Братства намеренно хотел показать свои возможности. Так сказать, произвести впечатление.

— За неделю вы смогли вычислить Темноглазого Графа и лекаря-отступника Белова, которые очень удобно устроились в самой столице. Если бы вы это не сделали — кто знает, что успели бы натворить в Империи эти… люди.

Последнее слово он словно бы намеренно подчеркнул. Но я сделал вид, что не обратил на это внимания. Мужчина же продолжил:

— Преданность нашему делу, любовь к Империи и верное служение Отечеству — вот два столпа, на котором стоит наша организация. И пусть мы действуем во тьме, наши замыслы служат защите светлого трона Императора. Но думаю, вы это уже поняли.

— Понял, — подтвердил я.

— Поэтому я хочу уточнить: готовы ли вы идти дорогой теней на свет трона Императора?

Боковым зрением я заметил, как один из Серых встал из-за стола, и направился прочь из гостиной. Остальные же, кто сидел за столом, с интересом взглянули на меня, ожидая ответа.

— Готов, — ответил я.

— Готов ли ты отринуть свою личность и стать безликим бойцом ради служения Империи?

— Готов, — повторил я.

— Тогда добро пожаловать в Братство, — торжественно произнес мужчина, и все, кто сидел за столом, одобрительно застучали ладонями по столу.

— Поднимитесь, Василий Михайлович, — продолжил мужчина, и я послушно встал из-за стола.

За спиной послышались шаги, а через секунду на мои плечи кто-то накинул легкую серую куртку.

— Прошу, примерьте, мастер Юсупов, — велел сидевший за столом мужчина.

Я послушно надел серую куртку с глубоким капюшоном, отметив, что она села на меня, как влитая.