— То есть вы признаете, что простой разговор с друзьями может быть полезнее беседы с вами? — девушка ухмыльнулась.

— А вы уверены, что говорите с другом? Точно знаете, что человек не испытывает к вам зависти, обиды или злобы? Что желает вам добра и понимает, в чем оно заключается? Человек может посоветовать вам с чем-то смириться, о чем-то забыть только потому, что ему самому было бы так проще. Душеправ же не пытается играть с вами в дружбу. Хороший специалист не станет проецировать на вас свои проблемы и комплексы…

— То есть у вас есть комплексы? — уточнила Виктория.

— Мы можем поговорить обо мне, если потом обсудим вас, — предложил я.

— Не сегодня.

Муромцева улыбнулась, покачала головой и вышла из комнаты. Я же включил телевизор и уставился на экран, листая каналы и пытаясь отвлечься. И незаметно для себя начал дремать. Транс и восстановление воспоминаний Земсковой отнял у меня слишком много сил. Поэтому едва я лег в кровать, как на меня навалилась жуткая усталость.

— Только что в Александровском саду состоялась очередная дуэль между Святославом Ивановичем Долгопрудным и Сергеем Петровичем Чаадаевым, — послышался из динамиков голос диктора.

Знакомое имя мигом вырвало меня из полудремы. Я открыл глаза и уставился на экран. В кадре показывали центральную часть Александровского сада, где дежурила карета «Скорой Помощи» и несколько жрецов Синода в белых рясах.

Дуэль была спонтанной и проходила до третьей крови, — продолжил диктор. — Долгопрудный одержал убедительную победу за две минуты. Два пореза Святослав Иванович нанес одним точным ударом. Это уже одиннадцатая победа подряд. В Высоком обществе начинают говорить, что чемпионство Долгопрудного неоспоримо.

На секунду в кадре мелькнул мужчина лет сорока, со множеством тонких шрамов на лице. Шрамов было так много, что они покрывали кожу, словно маска, чудом сохранив дуэлянту глаза. И заметив в кадре человека, я сильно удивился, как он смог одержать одиннадцать побед без одного свежего пореза. За Долгопрудным следовало несколько репортеров, но мужчина словно бы не обращал на них никакого внимания.

— От комментариев и интервью Станислав Иванович оказался, — продолжил диктор. — А теперь к другим новостям.

Я зевнул. Интересный человек этот Долгопрудный. Вторая дуэль за день. Что и кому он пытается доказать?

Я запоздало подумал, что работа с этим Долгопрудным была бы очень интересным делом для дневника практиканта.

Рука словно сама потянулась к прикроватному столику, где лежал телефон. Но немного подумав, я решил отложить звонок Острому Борису до завтра.