Девочка покосилась на нас, скрестила руки на груди:

— Понятно, — многозначительно произнесла она и кивнула.

— Это очень поможет поискам, — поспешно заверил ее я, вложив в слова немного силы. — Поверь, мы правда хотим найти его как можно быстрее.

Анечка тяжело вздохнула:

— Вряд ли. Он обычный сирота из приюта — без роду и племени. Кому есть дело до такого?

— Иначе бы мы не приехали, не так ли? — возразил я. — Завели бы дело, выждали время и отправили бы его в архив. А в суд написали бы бумагу о признании парня умершим. Но мы приехали поговорить с тобой и матерью-настоятельницей.

Девочка на секунду застыла, обдумывая мои слова. А затем произнесла:

— Может, и так. Только вот нет его уже среди живых.

Девочка сказала это и поспешно замолчала. Я заметил, как она покосилась на мать-настоятельницу. Сидевшая за столом Ольга же нахмурилась, поджала губы и едва заметно покачала головой, словно намекая, что Анечка сказала лишнего.

— С чего ты взяла? — уточнил я.

Анечка замотала головой:

— Кажется мне так. Простите, мастер.

Мы с Викторией переглянулись. И Муромцева произнесла:

— Тебе не нужно что-то скрывать от нас. Нам просто надо узнать о том, что произошло с Сашей.

Девочка упорно молчала, разглядывая носки своих потертых матерчатых туфель.

— Мы приехали, чтобы помочь, — мягко начал я. — И ты единственный человек, который близко общался с Сашей. Без тебя у нас не получится его найти.

— Мы молимся о здравии каждого нашего воспитанника, — заговорила женщина. — И просим Высшего послать каждому мудрость понять, что ему на самом деле нужно. И конечно, мы верим, что Саша вернется, если он жив. А раз он не возвращается, то, быть может, с ним случилась беда.

Девочка покосилась на Ольгу, и я перевел взгляд на мать-настоятельницу. Произнес:

— Город большой, Ольга. А Империя огромна. И нам нужна любая зацепка.

Женщина улыбнулась. Вышло это у нее неестественно и почти болезненно:

— Это просто подозрения подростка, — произнесла она. — Они беспочвенны. У Ани богатое воображение и мнительность. Мы хотим верить в хорошее, но реальность бывает жестокой.

Я вздохнул:

— Жаль, что вы не можете нам помочь. Пока вы боитесь что-то рассказать, парнишка находится неизвестно где. Возможно, его держат в плену какие-нибудь плохие люди. Он страдает. Эх…

Я недоговорил. Настоятельница слегка покраснела, но решила не открывать всю правду. Глубоко вздохнув, я уточнил:

— Ладно. Расскажи про Сашу. Он связался с какой-то сектой. «Теплое Слово», кажется.

Девочка кивнула:

— Он говорил, что это кружок, который славит Высшего, но делает это иначе, чем наши храмы. И может открыть истину. Дать просветление и позволить возвыситься.