Вообще-то по углу здания вполне мог взобраться и эмчеэсовец в экзоскелете. Лиза даже обрадуется возможности провернуть что-то недоступное — пусть и чисто формально — Каю.

«Да».

Но киборг сделает это быстрее, чище, а главное, безопаснее для подруги.

Когда Кай подтянулся на трех пальцах и мягким кошачьим прыжком перемахнул через зубец стены на площадку, пацан так вжался в угол, что ребра захрустели. Кай выждал, давая человеку время успокоиться и включить мозги, потом медленно развернулся к нему спиной и присел на корточки.

— Залезай и держись, — скомандовал он и, поскольку пацан не спешил подчиняться, оглянулся через плечо и требовательно уточнил: — Ну?! Ты хочешь жить — или нет?

Пацан исподлобья зыркал на спасателя, словно затравленный зверек, но все-таки отлип от стены и очень нехотя обхватил его за шею — то ли опасаясь прикасаться к киборгу, то ли… брезгуя. Правда, когда Кай выпрямился и начал спуск, пацану стало ни до того, ни до другого: он так судорожно вцепился в киборга, что человека придушил бы.

До земли оставалось метра два, когда пацан разжал руки — сознательно, с прицелом спрыгнуть на кучу щебня. Поскользнулся на ней, шлепнулся на задницу, но тут же вскочил и бросился наутек по утоптанной дорожке вдоль стены, только кислотно-зеленые кроссовки замелькали.

Кай тоже спрыгнул и с досадой одернул рубашку. Пусть бежит, дурачок. Главное, что жив и здоров, а без его «спасибо» киборг как-нибудь обойдется.

Пацан был примерно на середине дорожки, когда случилось то, из-за чего Кай и побоялся дожидаться других спасателей. Толчок недотянул даже до двух баллов, однако стене хватило, и она начала обманчиво медленно укладываться на землю — так, наверное, муха видит опускающуюся на нее мухобойку и считает, что успеет увернуться.

Процессор считал иначе.

— Бери левее!!!

Пацан обернулся, увидел стремительно приближающегося киборга, вытаращил глаза и припустил прежним курсом, еще быстрее — но все-таки недостаточно быстро.

Кай тоже собрал все силы — и вложил их в удар, сбивший пацана с ног и одновременно поршнем вытолкнувший на открытое место за миг до того, как стена рухнула.

* * *

Полиция прибыла к самой развязке, когда усталая, но счастливая компания умилялась воссоединению брата и сестры. Оба неудержимо ревели — мальчишка по-прежнему беззвучно, — однако это была невысокая плата за чудесное спасение.

Из флайера вышел всего один полицейский — приятный молодой мужчина, изрядно удивленный и встревоженный. Заброшка давно находилась в аварийном состоянии, ее падение было только вопросом времени, о чем оповещали развешенные по периметру таблички, поэтому инспектор не ожидал, что там вообще кто-то будет, и не торопился.