— Нет. — Лиза закрыла письмо и испытующе уставилась Хэлу в лицо. — От хвоста. Дядя Майкл намекает, что за нами кто-то шпионит.

Совесть Хэла была чиста, девчонка от него тоже ничего не скрывала — ведь контрабандист неспроста зашифровал свое послание понятным только ей кодом-котом, опасаясь, что оно попадет в чужие руки. Значит, это общая проблема, и парень честно попытался в ней разобраться:

— Ну да, логично! Про гобелен знали только Лиса с Айзеком, а зачем им посылать на Маску нас, если они уже послали туда бандитов? Я б на месте Бриннера тоже решил, что это мы его сдали!

И тут Хэла осенило:

— Эй, а ведь на это и бандюки намекали! Когда они прижали меня к забору, то сказали что-то вроде: «Он же стукачок Пита!» Или «Тома»? Черт, какое-то совсем простое короткое имя…

— А почему ты раньше об этом молчал? — возмутилась Иветта.

— Потому что потом началась драка и прочая хренотень! — обиделся Хэл. — И эта ерунда вылетела у меня из головы!

Кай смотрел на Хэла с искренним непониманием: «А какая тут связь? Карта памяти, что ли, из уха вывалилась?» — и тот раздраженно добавил:

— К тому же я решил, что меня приняли за какую-то бабу!

— Тебя? — скептически уточнила Иветта.

— Нет! В смысле, они сказали, что стукач — баба, а раз я не баба, то, значит, она точно не я и это не ко мне! — в запале накрутил и сам вконец запутался Хэл.

— Тогда кто? — вкрадчиво спросила Лиза, словно уж к ней-то это определение относиться никак не могло, а больше всех почему-то смутился Натан.

— «Фила», — неожиданно сказала Иветта, у которой в стрессовые моменты память, наоборот, работала как у киборга, делая случайные, но яркие и детальные голографии. Боевой маникюр фреанина стал одним из них, Иветта запомнила каждую трещинку на унитазе в кабинке, где они с Натом прятались, как и сопутствующий разговор. — Стукачок Фила. Бандиты сказали именно это, верно… Молли?!

Иветта до последнего смотрела на Хэла, и когда она резко повернулась к Молли, то иных доказательств не понадобилось: на лице подруги каскадом сменились ошеломление, ужас, паника, стыд, жалкая попытка изобразить оскорбленное достоинство — и снова паника.

— Та-а-ак! — хором протянули друзья, и у Молли возникло жуткое ощущение, что эта команда — расстрельная, причем у Кая в руках плазменная базука — детектор лжи. — МОЛЛИ!!! А ну, живо все выкладывай!

Упасть и притвориться мертвой было очень соблазнительно, но нереально. Боженька тоже умыл руки, опасаясь получить пищалкой уже по своей голове.

За следующие полчаса компания узнала, что во всем виноваты:

— гнусные мудаки, отнявшие добытый на базе хабар;