— У меня хорошая память на имена, — ответил я.

— Только на имена? — она посмотрела на меня снизу вверх и в её голубых глазах блеснуло что-то такое, отчего мне стало одновременно тепло и тревожно.

— На лица тоже, — сказал я и отвёл взгляд, потому что смотреть в эти глаза слишком долго было опасно.

Через два часа я посадил её в такси. Она помахала мне рукой из окна и машина растворилась в ночном Петербурге.

Я стоял на набережной и смотрел ей вслед. Обухова. Отец умер. Состояние. Коллекция. Всё звучало правдоподобно и складно, вот только чутьё никак не давало покоя. Оно назойливо твердило, что Алёна — не так проста как пытается казаться. Весь её рассказал, её история звучит очень искренне и стройно, как хорошо отрепетированная история.

Но её глаза, когда она говорила «я знаю, каково это — быть чужой среди своих» — в них не было лжи. Я видел ложь тысячи раз, на сотнях лиц. И в её глазах в тот момент была только правда.

Вот только правда и ложь у некоторых людей живут в одном доме и делят одну постель. И я пока не мог понять, кто из них хозяин, а кто гость.

* * *

На следующее утро я сидел на кухне и смотрел новости. Точнее, новости смотрели на меня — с экрана телевизора вещали о вчерашнем инциденте.

«…неопознанный конструкт, передвигающийся на четырёх конечностях, был замечен вчера поздно вечером в нескольких районах Петербурга. Очевидцы описывают его как металлическое существо с красными светящимися глазами, которое двигалось с высокой скоростью и издавало лязгающие звуки. Официальный представитель Департамента безопасности заявил, что, по предварительным данным, речь идёт о неисправном конструкте с активированным режимом инфракрасного видения, что объясняет красное свечение глаз. Передвижение на четырёх конечностях, по мнению специалистов, вызвано поломкой поясничного шарнира…»

Картинка сменилась на размытые кадры с камеры наблюдения, на которых угадывался тёмный силуэт, мелькнувший мимо фонаря, и на мутную фотографию, сделанную чьим-то дрожащим телефоном.

«…а теперь комментарий одного из очевидцев.»

На экране появилась пожилая женщина с безумными глазами и сбившимся набок платком, которая хватала журналиста за рукав и тараторила:

«Это был зверь! Зверь из преисподней! Люди погрязли в грехах и это первый всадник апокалипсиса! Я видела его глаза — красные, горящие адским пламенем! Он пришёл за нашими душами, помяните моё слово!»

Кнопка сидела напротив, жевала круассан и не отрываясь смотрела на экран.

— Ну и придумают же ерунду, — фыркнула она, откусывая очередной кусок. — Хотя идея весьма неплоха. Подвижный, мобильный конструкт с мощными челюстями на четырёх конечностях. Усиленный центр тяжести, низкая посадка, высокая устойчивость при столкновении…