Поднявшись по широкой лестнице на третий этаж, я отыскала нумер 205 и решительно постучалась.

— Войдите.

Я подозревала, что номер Синегорский снял не самый дешевый — княжич все-таки, хоть и слегка бывший. И рада была убедиться в своей правоте. Две комнаты, спальня и небольшая гостиная, были обставлены хоть и просто, но с претензией на элегантность — с учетом южных традиций, разумеется. То есть с массивным красноплюшевым диваном и дубовым столиком посередине. И конечно, на столике стояло большое блюда с яблоками.

Пожалуй, портьер все же заигрывал. Нынче же яблочный год! И огурцовый, кстати, мне Сусанна эти огурцы месяц назад бесплатно отдавала со словами, что у нее бочки для засолки кончились, а огурцы все везут и везут.

Милана была в кружевном пеньюаре и босиком. Очаровательно растрепанная девушка сонно терла глаза. Мне она вдруг показалась очень молоденькой. Во всяком случае, у нее есть Асур, который решил бы все ее проблемы…. если б они у нее появились. У меня же проблем было выше крыши, и решать их мне придется самостоятельно.

Синегорский, к счастью, был одет и обут, причем на северный манер. Никаких ярких рубашек, широких портков и красных сапог. Черные узкие брюки, белая сорочка с закатанными рукавами, лаковые туфли. Именно так и должен выглядеть приличный мужчина.

— Рад тебя видеть, Тиль. Если ты пришла, то согласна принять мою помощь, я правильно понимаю?

Милана зевнула и забралась с ногами на диван. Я же опустилась на стул с высокой спинкой и аккуратно расправила на столе газету.

— Вы уже слышали новости?

— Да. Ночью по зеркалографу сообщили: государыня скончалась, — мрачно ответил Асур. — В полдень будет объявлен всеобщий траур.

Я испуганно поглядела на него, закрыв рот руками. Бедная, бедная Елизанна! Я так надеялась, что она оправится! Все же прошло почти полгода с момента взрыва!

— В газетах этого нет, — прошептала я.

— Завтра будет. Или к вечеру допечатают тираж. Признаться честно, я удивлен, что она столько протянула. Я слышал про характер травм — сильные ожоги, сотрясение мозга, поврежден позвоночник… Знаешь, я подозреваю, что она умерла уже давно, но объявили об этом лишь сейчас. Кому-то выгоден траур…

— Заговорщики сбежали, — перебила я его рассуждения. — И мои братья, и твой.

— А вот это для меня сюрприз, — изумился Синегорский, хватая газету. — Ну, понятно тогда, зачем нужна смерть государыни.

— И зачем? — спросила Милана, видимо, разбиравшаяся в политике не лучше меня.

— Чтобы было что обсуждать помимо побега княжичей, — отрезал Асур и выразительно встряхнул газетой. — Тиль, кто может знать, что ты увезла наследника?