— Ратмир… — потеряно сообщила я, а потом встрепенулась: — На четвертой странице написано, что государя вместе с сыном видели в парке! Видишь, Марэк вовсе не наследник.

— Тогда чего ты боишься?

Я сникла. Он прав. За жизнь Марэка я опасалась больше, чем за свое положение.

В дверь постучали. Улыбчивый портьер внес в нумер большой поднос с кофейником, сливками и тарелкой с печеньем. Лучше б булка с маслом, но ладно, так тоже хорошо.

— Сейчас принесу чашки и свежие рогалики, — пообещал молодой человек, лукаво на меня посмотрев.

— Мне он рогалики не предлагал, — задумчиво заметила Милана.

— Мне тоже, — хмыкнул Асур, но тут же сделался серьезным. — Тиль, или ты рассказываешь все начистоту, или я не смогу тебе помочь. Мы не сможем.

Мы ненадолго замолчали, пока портьер расставлял на столике чашки, чайник и блюдца с вареньем и медом. Рогалики тоже присутствовали — еще горячие. Отличное тут обслуживание, мне нравится.

— Если госпожа… господа пожелают что-то еще, то можно позвонить в звонок.

И он наконец удалился.

— Как я могу тебе доверять, Асур? — с горечью спросила я бывшего жениха.

— Очень даже запросто. Я тебя никогда не обманывал. Мог бы наверное, даже жениться. И быть несчастным всю оставшуюся жизнь. Разве ты хотела бы этого?

Я вздохнула. В какой-то степени он прав. Он не искал причин, не юлил, не лгал мне — а честно сказал, что любит другую. Да, мне не хотелось бы, чтобы мой брак был фальшивым и холодным.

— Вы правы, — тихо сказала я. — Марэк — это Мариус. Я вынесла его из дворца и увезла на Юг, опасаясь, что заговорщики могут использовать малыша в своих гнусных целях. Асур, скажи… как мои братья дошли до этого? Как посмел твой брат поднять свой голос против государя? И почему они целились в молодую государыню и невинного ребенка?

— Я не знаю, Тиль, — печально ответил младший княжич. — Представляю, как переживает отец…

— А если бы ты был на Севере, — не утерпела я. — Ты примкнул бы к рядам заговорщиков?

— И этого я не могу знать, — вздохнул Асур. — Я очень люблю своего брата. Всегда считал его идеалом, мечтал быть похожим на него. Я до сих пор не верю, что он способен на подлость. Одно знаю точно: если б я там был, то сделал бы все, чтобы спасти государыню и наследника.

Милана недовольно сморщила свой носик, а я вдруг подумала, что мы с Асуром очень похожи. Для нас, северян, честь и служение высоким идеалам — не пустой звук. Мы лучше умрем, чем будем жить в позоре. В этом наша сила и наша слабость. Я готова была отдать жизнь за наследника человека, которого тоже не слишком-то любила. А теперь Асуру, княжичу Синегорскому, придется разделить со мной эту ношу.