— Он не мог бы, — тут же напряглась Милана. — Я против.

— Вообще-то я хотела попросить Асура как-то решить мою проблему медицинским путем… — пробормотала я, пряча глаза. Разговаривать на столь щепетильную тему мне было крайне неловко, особенно с мужчиной и бывшим женихом.

— Не выйдет, — вздохнул Асур. — Там слишком много факторов. Обмен энергией, установка баланса и все такое.

— Может быть, есть какой-то артефакт, скрывающий магический фон? — с надеждой поглядела я на Милану.

— Может, — кивнула она. — Но его комиссия непременно заметит.

— А любой мужчина непременно заметит, что я невинна, — пробормотала я, закрывая лицо руками. — Заметит ведь?

Асур поднялся со словами:

— Думаю, вам есть что обсудить без меня. Буду в спальне.

В определенной степени с женщиной было проще. Но только не с этой…

— Я могу попробовать сделать амулет, который мгновенно затянет все раны, — задумчиво сказала Милана. — Но мне нужна будет помощь сестры, для меня это недоступный уровень. Я довольно слабенький маг.

— То есть амулет будет нескоро? — уточнила я.

— Да. Недели две-три, может и больше. Мы такого никогда раньше не делали.

— Мне бы побыстрее с этим разделаться.

— Как я понимаю, проблема в том, что мужчина узнает, что ты девственница, и начнет задавать вопросы? — хладнокровно спросила Милана. — Ну, он может и не заметить, особенно если будет пьян. Но может и заметить, это как повезет. Могу, конечно, предложить по старинке: берешь большую морковку…

В первое мгновение я не поверила своим ушам. Щеки вспыхнули, сжались кулаки.

— Ну, только ее помыть как следует нужно, — спокойно продолжала эта ужасная женщина.

— Так меня еще ни разу в жизни не оскорбляли, — дрожащим голосом сообщила я, вскакивая. — Вынуждена просить вас никогда не считать меня своей подругой, госпожа Синегорская. Мы слишком разные люди. Воспитание не позволяет мне ответить в той же манере, но знайте: вы распутная женщина и… и… я не останусь в вашем обществе ни минуты!

Я убежала. Сил и выдержки мне хватило лишь на то, чтобы не хлопнуть вульгарно дверью, выражая все негодование, но не более. На лестнице я застыла, вся дрожа. Утерла слезы трясущимися пальцами, глубоко вздохнула.

Какая же сука — жена моего бывшего жениха! Мне его, пожалуй, даже жаль. Немного.

Натянув на лицо светскую улыбку и расправив плечи, я прошла мимо портьера, прощально ему кивнув. К моему удивлению юноша выскочил из-за стойки и побежал следом.

— Ну что, ты решила все свои вопросы? Не хочешь прогуляться вечером, красавица? Меня Алексием зовут.

Сегодня, видимо, день оскорблений.