Я скрипнула зубами и положила ладонь на определяющий артефакт. Седьмой — причем стабильный, полноценный, как я и подозревала. Хвала небесам, что не восьмой, маги восьмого, девятого и самого высокого десятого уровня в обязательном порядке привлекаются на государственную службу. Даже женщины. Даже бытовики. Вот было бы забавно, если б меня отправили на освидетельствование в столицу!

А у братьев моих третий и пятый уровни. Несправедливо, пожалуй, что я их в магии превосхожу.

Дальше мне задавали простые вопросы из истории магии и общей теории. Спросили про законы, про устав, про ответственность. Попросили очистить салфетку о пятна. Голова прервал экзамен небрежным жестом руки:

— Госпожа Плетнева несколько раз проводила уборку в ратуше. Она не нуждается в доказательстве своих способностей. Я готов за нее поручиться.

Я смутилась. Надо же, а я ведь, наверное, подставила его тогда, в полицейском участке, рассказав про смерть государыни. Впрочем, возможно, он про это не знал.

— У комиссии возражений не имеется. Учитывая уровень госпожи Плетневой, предлагаем выдать ей патент бытового мага второго ранга.

Я обрадовалась. Второй ранг — это отлично. Вопросов меньше, можно до четырех работников нанимать, можно учеников брать. Обычно без диплома дают только третий ранг, редко — второй. Первый же получают маги с дипломом университета и опытом работы не менее десяти лет.

— Что скажете, господин Озеров?

Радость моя поутихла. Я поглядела на довольное лицо Симеона и затаила дыхание. Хватит ли ему благородства?

Княжич широко улыбнулся, развел руками и лениво протянул:

— Кто я такой, чтобы спорить с ученым мужами? Второй так второй. Мне и первого для госпожи не жалко.

На этом все и закончилось. Мне вручили бумагу с печатью, поздравили и выпроводили из кабинета. Только в коридоре я поняла, что не волновалась во время экзамена ни капли, постоянно отвлекаясь на Симеона. Как удачно все сложилось!

— Марта, постой, — княжич, чтоб ему пусто было, догнал меня уже у выхода. — Это надо отметить!

— Не надо, — вяло запротестовала я. — Неприлично.

— А мы никому не скажем. Я понял, тебя в кабак тащить не стоит. Что будешь пить?

Я только покачала головой — вот ведь… деревенщина! Он совсем толстокожий, как я вижу.

— Слушай, Марта, я два дня обрабатывал твою комиссию, чтобы тебе уровень дали повыше и не придирались. А ты со мной даже выпить не хочешь?

— Ты… что, прости? — не поверила я своим ушам.

— Ну мы с отцом договорились, что я вместо него, он мне и печать свою отдал. А когда я со здешним головой попытался этот вопрос обсудить, он почему-то разорался и вообще тебе патент выдавать не желал. Говорил, что из-за тебя его крепко оштрафовали и вообще… лучше б тебе уехать.