— Предположим, не из-за меня, а из-за собственной жадности и гордости, — пробормотала я. — И вообще, он сам виноват.

— Я когда его спросил, чем могла насолить такому важному человеку тихая вдова, он замялся и начал что-то странное бормотать. Пришлось ему напомнить, кто на Юге хозяин.

— Государь? — не удержалась от насмешки я.

— Угу. А после него — мой батюшка. Так что ты пьешь?

Я замялась. Если все было именно так, как рассказал Симеон, то я у него в долгу. Я вообще, кажется, большинству знакомых мужчин что-то задолжала. Век не расплачусь! Неохотно припомнила, какое вино мне по вкусу и злорадно улыбнулась:

— Северную Королеву я пью. Розовое.

Княжич крякнул от неожиданности и почесал затылок:

— Вот ведь привереда! Постараюсь найти.

Ну-ну. Это вино и на Севере — редкость. Его лет сорок как не производят. У нас в погребах, конечно, запасы имеются, бабушка моя была из семьи виноделов. Есть даже семейная легенда, что мой дед только потому на ней и женился, что секрет вина хотел выведать, но у него ничего не вышло. Любви в той семье не было, и бабушка родила единственного сына — моего отца, да и померла потом от родильной горячки.

Так что очень сомневаюсь, что Симеону повезет.

Домой я шла со спокойной душой и с патентом. Вот теперь точно все будет хорошо. Не каждая и северная девушка может его заполучить, а уж на Юге таких деловых — по пальцам одной руки сосчитать можно. Ну, может и двух. Не уточняла. Кроме Миланы я и не знаю никого, да и то неясно, есть у нее патент, или как родственнице местного князя ей можно работать и без него.

Исключения всегда есть. У нас аристократы и без патентов прекрасно магичат, впрочем, деньги за свою «работу» не берут. Они же — опора нации, гордость наша, защитники традиций и закона… Защитнички, государыню невинную убившие, ага и на ребенка способные руку поднять. Впрочем, я теперь от политики далеко, мне бы со своей жизнью разобраться. И долги раздать.

Симеон постучался мне в балконную дверь поздним вечером, когда Амала уже спала. Я сперва и не поняла, что вообще происходит.

— Да тут лестница в кустах лежала, — княжич невозмутимо пожал плечами. — Не очень удобно по ней с корзиной лезть, но ничего, я справился. За лестницу, кстати, спасибо, это ты славно придумала.

— Это не моя лестница, — мрачно пробормотала я. — Это дознаватели оставили, видимо.

— И часто тебе к дознаватели в окно лазают?

— Один раз было. Нарушителя ловили. Он на чердаке жил, а они думали — в моей квартире. Караулили на лестнице, а зашли вот с балкона.

— М-м-м, поди этот твой Гор и приходил, да?