Счастливая Грушка готовилась к свадьбе и шила себе белое платье, когда на ее голову ахнула беда. Будущая свекровь, проведя разведку, выложила перед оторопевшим сыном такие факты, перед лицом которых ему пришлось очнуться.
– Жить тебе, сынок, – припечатала старуха, рассказав ему о прошлом «невесты». – Ты еще молодой, и детки у тебя будут. А вот у нее со здоровьем, поди, беда – всю деревню через себя пропустила.
С Клавой Котька познакомился в клубе. Вернее, она подошла к нему сама – похвалила умелое исполнение и попросила сыграть еще. Польщенный, он посмотрел на девушку уже с интересом – будучи скромным и даже застенчивым от природы, он никогда не изъявлял желания знакомиться с девушками первым. Клава умело воспользовалась этим.
В муже в первую очередь она ценила то, что он никогда не пил. На застольях, когда все мужики, блестя глазами, чокались и пили за здоровье и за жизнь, Котька делал вид, что пьет наравне со всеми, но на самом деле ничего больше двух рюмок водки выпить не мог – слабел, кружилась голова. А вот конфет, пряников и печенья мог съесть огромную гору, и в карманах всегда таскал небольшие леденцы. Выкурив сигаретку, Котька неизменно вытаскивал из кармана пиджака барбариску или «Дюшес» и застенчиво закладывал за щеку, словно стеснялся своего пристрастия.
Семейная жизнь Подгорных покатилась своим чередом. Один за другим у пары родились мальчишки. А вот Груша с тех самых пор затаила обиду на Клавдию. И обещала отомстить, как только представится случай.
Глава 10
Свадьба получилась шумной и людной: родственников у Коломийцевых было много. Съехались с окрестных деревень двоюродные и троюродные братья и сестры, их мужья и жены, дети, дети детей, соседи, однокашники Юры, бывшие коллеги Катерины Ивановны. Очень скоро в небольшом домике и шагу некуда было ступить. Пришлось поспешно ставить к столу еще одну длинную скамейку, но мест все равно не хватало, поэтому после плотного обеда решено было переместиться на улицу.
Алия с Юрой сидели во главе стола и принимали поздравления. Гости говорили много и охотно, желали счастья и «долгих лет». Дарили в основном утварь: посуду, полотенца, подушки, постельное белье. Дядя из Макаровки подарил симпатичную беленькую козочку.
– Да куда им коза, Павлик, они ж в городе живут, – смеялась Катерина Ивановна. – Разве что на мясо пустить.
– Какое там на мясо, – сердился дядя Павел, хватая сопротивляющуюся козу за рога. – Это ж молочная козочка, у нее молоко лечебное! А у них дети! Нет, пусть забирают в город – Маня и на балконе может жить, не гордая! Так, ну «горько», что ли?