«Могёшь, однако! — с восторгом заорал сапёр, хлопая в ладоши и одновременно подхватывая падающую голову. И всё у него получалось разом — и радостно хохотать, и цигарку зубами сжимать при этом. — Сила, понимаешь!»

— Ой, не ори, башка разламывается, — шёпотом попросил я, откидываясь на тощую казённую подушку — и тут до меня дошло, как это всё странно, должно быть, выглядело снаружи!

Особист однако молчал, осторожно вытягивая и опять сгибая руку. Никаких следов Муркиных усилий на ней, понятное дело, не осталось — не способны призраки на телесное влиять. Но и никаких клочков тёмной тени-облака тоже не было.

Не говоря ни слова, особист вложил ручку в планшетку и вышел. Магозащитный контур моей клетушки снова замкнулся и равномерно загудел.

«Так это ты тот некромант, который атаку под Архлебовым сбил⁈» — восторженно заорал сапёр.

А я молчал. Но против совершённого не попрёшь. Выходит — некромант. Но это никак не укладывалось в привычную мне теорию магических потоков. Невозможно это было. Сапёр ликовал и клялся мне, что теперь-то мы с ним таких дел наворотим! Потому что я-то ему и нужен был. Потому что дело его на этом фронте не закончено… и под эти крики я никак не мог додумать мысль. Важную мысль, которая мелькала размытым хвостом и всё никак чётко не складывалась…

ШЛАПАНИЦЕ

Южная Моравия, город Шлапанице, госпиталь

11 января 1948 года, утро

Хотару

Начальник пятнадцатой военной части страшно удивился, когда Хотару явилась к нему снова. На требование направить её в тот госпиталь, куда были вывезены раненые с «Императора Константина» отреагировал настороженно. Предупредил, что госпиталя было два, и что один из них находится сейчас довольно близко к придвинувшейся линии фронта, там опасно, бомбят и вообще — раненых готовят к эвакуации.

— Вот туда мне и нужно, — сказала Хотару. — Срочно.

Казачий войсковой старшина выделил ей автомобиль с водителем, который (не водитель, автомобиль), домчал её до крошечного городка Шлапанице, где в здании городской управы и размещался госпиталь. Здесь царила суета, на площади перед управой стояло несколько телег, а сердитый главный врач (наверное, он так назывался) ругался с местным городским головой, что этого количества подвод для отправки раненых недостаточно, и лучше бы тот по-хорошему родил ему грузовики, пока у главврача осталось терпение, и он не начал стрелять.

— Вы должны лечить людей, а не расстреливать! — возмущался чиновник.

— Не переживайте, я застрелю вас не насмерть и сразу начну лечить! — с едким сарказмом ответил доктор. — Найдите транспорт, или я за себя не отвечаю!