— Моя первостепенная задача — съесть вот это, — я кивнул на тушёного кролика. — И желательно не отравиться.

— Хм. А что, ты настолько плохо готовишь?

— Я нормально готовлю! Если есть из чего. Мало ли чего там в твоих древних приправах… Всё, иди тащи карту и не отвлекай! Быстрее съем — быстрее пойду.

Самое забавное, что невзирая на пожухлость смородиновых листьев и сомнительную ценность приправ, тушёный кролик получился вкусным. Или мне с голодухи так показалось. Съел всё, выпил бульон и косточки разгрыз.

Очищением по рукам прошёлся, по столу тоже:

— Так, давай показывай, где там эти пастухи? — спросил я мельника, нетерпеливо прохаживающегося около стола с картой в руках.

Николай тоже придвинулся поближе, бормоча о мудрёности местных названий.

— Зи-бен-хир-тен! — по слогам произнёс мельник, назидательно глядя на него. — Вот тут, смотрите… Ты, небось, и в картах-то не разбираешься? — с внезапным недоверием посмотрел он меня. И ещё поморщился так, морда прозрачная!

— Нет ты посмотри, сколько спеси! — возмутился я. — Может, тебя по башке стукнуть, чтоб она вспомнила, как с людьми вежливо разговаривать?

— И как ты это сделаешь, продемонстрируй! — этот гад даже наклонился, чтоб мне удобно было.

— Ха! Я достану твои косточки — а я достану, не изволь сомневаться! — и с наслаждением поиграю с твоей черепушкой в футбол! — сердито прошипел я ему прямо в круглую рожу.

«Так его, Аркадий, — одобрил Коля, — не давай спуску!»

Профессор обескураженно поправил воротник рубашки:

— Да. Вынужден признать, был не прав! Кхм. В природной смекалке тебе не откажешь. Давай начнём сначала, — примирительно склонил голову вбок он. — Ты знаешь картографическую грамоту?

— Учён, — всё ещё сердито ответил я.

— Вот и славно, — примиряюще сказал Мюллер, расселил на столе карту и, тыкая мне в неё пальцем, принялся пояснять, куда ж я попал.

Пункт первый, поразивший меня до глубины души — мы уже не в Моравии! А вовсе даже в Нижней Австрии!!! Лес, именуемый Клостервальд. До Вены каких-то сорок-сорок пять километров! Вот не могу я привыкнуть к мелкашечным европейским расстояниям, ядрёна колупайка.

Маленько отдышавшись и приняв этот факт, я понял, что попал действительно хорошо. И это уже, если что, не ирония.

Так-то Великая Германская империя прям почти вся распахана. Навоевал бы я тут медведем в чистом поле-то, ага. А вокруг лесочка, в котором была мельница, на расстоянии десяти километров — ещё несколько куп леса. Гордо названные на карте «лесными массивами». Тут мы с сапёром, естественно, обменялись понимающими усмешками.