Хотя, наверное, проще отыскать девственницу в заведении мадам Катрионы, чем повстречать обитателя Туманных миров. Даже здесь, в Дикой чаще.
Кай послал Беса вперёд. Следом ехал Эд, за ним ведьма, а Айван прикрывал тылы. Красавчик принялся насвистывать, и свист его раздражал сильнее, чем давящая тишина чащобы. Айван весь подобрался и нахмурился. Здоровенная лапища лысого воина лежала на рукояти кремниевого пистолета. Пленница опасливо поглядывала по сторонам и молчала. Она не проронила ни слова с тех пор, как Кайден, потеряв голову, целовал её, прижимая к шершавому стволу старого дуба.
И слава Богу!
Сам Кай старался ни при каких обстоятельствах не оставаться с ней наедине даже на минуту. Слишком уж хорошо он представлял, что случится, если кому-то придёт в голову, будто его влечёт к женщине, обвинённой в колдовстве. Помолвку с Айли разорвут, не успеет он и глазом моргнуть. А допустить этого нельзя. Никак нельзя. Слишком уж многое поставлено на карту.
Слишком многое…
Как всегда, мысли о невесте погрузили сердце во мрак, и Кай понурился.
«Я выцарапаю тебе глаза прежде, чем ты меня коснёшься, проклятый ублюдок! — кричала Айли, сверкая бирюзовыми очами. — В брачную ночь тебе придётся взять меня силой! По доброй воле я под тебя не лягу, подлый ты выродок!».
Помимо прочего она обещала задушить его во сне, отравить, кастрировать и много чего ещё.
«Перебесится», — уверенно заявлял отец Айли, один из самых богатых и влиятельных вассалов Простора. Однако Кай в глубине души понимал, что этого никогда не произойдёт. У Айли имелся тайный возлюбленный, имя которого она тщательно скрывала, а его, Кайдена, невеста ненавидела всеми фибрами души.
От мысли о том, что в первую брачную ночь предстоит изнасиловать собственную жену, передёрнуло. Кайден нащупал в кармане опал, вытащил его и принялся крутить в пальцах.
«Подари его своей невесте, и вы будете жить долго и счастливо», — мелькнули в памяти слова ведьмы.
Эх… если бы всё было так просто!
Тропа уходила всё глубже в непролазные тёмные дебри. Воздух здесь был тяжёлый и влажный. Ощущалась близость болота. Стаи голодных комаров вились над головой с противным писком. Мелкие кровопийцы ухитрялись жалить даже сквозь одежду. Мгла, густая, как чёрная патока, сочилась из зарослей чертополоха и крапивы, с ветвей свисала плотная паутина, а сухие корявые сучья так и норовили проткнуть насквозь.
— Долго ещё до развилки? — спросил Эд, и Кай вздрогнул.
— Нет, — уверенно соврал он и стиснул зубы так, что на скулах заходили желваки. Благо, никто не видел его лица.