Филин — тут же родилось в голове второе прозвище. Почему-то это развеселило меня, и остатки напряжения, которое я ощущал внутри с самого утра, окончательно развеялись без следа.

Семинар начался со вступительного слова начальника ЦПК — Николая Фёдоровича Кузнецова генерал-майора авиации. Затем выступили двое аспирантов с докладами о новых теплоизоляционных материалах. После них выступали молодые инженеры и некоторые из наших — космонавтов. Мопс и Филин сидели неподвижно, изредка перекидываясь короткими, негромкими фразами.

Наконец, объявили и мою фамилию:

— Космонавт-стажёр лейтенант Громов. Тема: «Гипотетические подходы к оптимизации траекторий полёта к Луне с учётом гравитационных взаимодействий».

Услышав свою фамилию, я встал и пошёл к трибуне. Когда я занял своё место и разложил перед собой листы доклада, произошло нечто странное. До этого мирно беседовавшие шёпотом Мопс и Филин, резко замолчали и синхронно уставились на меня. И взгляды их меня озадачили на мгновение. Они были пристальными, недобрыми, в общем, далёкими от дружелюбных или хотя бы нейтральных. Филин даже слегка подался вперёд, а Мопс перестал вытирать лоб своим платком, замер.

Долго гадать о причинах такой реакции я не стал. Не то время, не то место. Поэтому перевёл дыхание и приступил к докладу.

— Товарищи коллеги и уважаемые гости, — начал я, стараясь сделать так, чтобы голос мой звучал ровно и уверенно. — Моё выступление посвящено возможностям повышения эффективности лунных перелётов за счёт более глубокого математического анализа траекторий. Это же впоследствии поможет нам преодолевать и более дальние расстояния.

Как известно, классическая схема полёта к Луне предполагает прямой перелёт с одной коррекцией. Однако, если рассмотреть задачу как задачу трёх тел — Земля, Луна, космический аппарат — и применить методы вариационного исчисления, открываются интересные перспективы. Речь идёт о вышеназванных гравитационных манёврах.

Я развернулся к доске и начал чертить упрощённые схемы: эллипсы, касательные к орбитам Земли и Луны. Попутно комментировал, помечая те или иные моменты.

— Идея в целом не нова. Например, она используется в астрономии для расчёта траекторий комет. Но её приложение к практической космонавтике требует глубокой проработки. Суть в следующем: правильно подобранное сближение с Луной может не только скорректировать траекторию, но и придать аппарату дополнительное ускорение за счёт её гравитационного поля. Эффект сравним с работой дополнительной двигательной установки, но без расхода топлива.