Глава 7
Коль уж сказано было провести выходной с умом, так я его и проведу. Ну а пока… Пока остаток дня прошёл по старому расписанию. О грядущих переменах в моём личном графике я не распространялся. Все и так узнают обо всём в своё время.
Рассказать я собирался только Кате, потому что изменения затронут и её. О том, что она всем растрезвонит, я не переживал. Катя не из болтливых, понимает, что и когда можно говорить, а когда нужно промолчать.
Вот только толком поговорить нам не дали.
Когда я вошёл домой, Катя сидела в комнате за столом, склонившись над тетрадями при свете настольной лампы, и что-то увлечённо читала. На столе, как и вчера, лежали её книги, конспекты, листы с пометками, карандаш и кружка с давно остывшим чаем. Я только открыл рот, чтобы начать говорить, как в дверь позвонили.
Катя подняла на меня глаза.
— У нас гости?
— Не должны были. По крайней мере, мне об этом неизвестно, — пожал плечами я и вышел в прихожую.
За дверью стоял отец. Он, как обычно, был собран и серьёзен. В руках — неизменный портфель. Но стоило мне открыть дверь, как его лицо сразу преобразилось: появилась улыбка, выражение смягчилось, а возле глаз появились лучики морщин.
— Привет, сын, — проговорил он и шагнул внутрь.
— Привет, — я посторонился. — Не ожидал увидеть тебя сегодня.
Он вошёл, начал раздеваться. Из гостиной выглянула Катя. Увидев её, отец ещё больше потеплел лицом и кивнул ей.
— Катерина, добрый вечер. Как самочувствие?
— Здравствуйте, Василий Игнатьевич. Всё хорошо, спасибо, — Катя ответила на его улыбку своей.
Катя тут же отправилась на кухню, принялась накрывать на стол. С отцом у неё отношения сложились хорошие. Он здорово помог ей после той истории с её отцом. Пожалуй, даже чаще, чем я к ней в больницу ездил. Она мне потом рассказывала, что он книжки ей читал какие-то и конспекты таскал. Где и когда только успевал их раздобыть… В общем, развлекал Катю, как мог, чтобы не скучала и не тосковала.
Теперь, когда он приходил к нам, она начинала суетиться, старалась отплатить добром за добро. Это я так думаю. Что у неё на самом деле творилось в голове — не знаю. Она всё время отмахивалась и говорила, что ведёт себя как обычно.
У входа на кухню отец остановился и хлопнул себя по лбу, будто забыл о чём-то. Затем вернулся к своему портфелю и вытащил из него тонкую папку.
— Поздравляю, — сказал он, протягивая мне её.
— Спасибо, — я взял папку и вопросительно посмотрел на отца.
— Всё равно собирался к вам зайти, — сказал он, проходя на кухню. — Заодно решил лично передать новое расписание. Мне сказали, что оно пока предварительное и потом, возможно, будут изменения, но уже с понедельника работать будешь по нему.