Она приподнял брови.

Я улыбнулся, кивнул.

— Понял.

И добавил:

— Договорились.

* * *

Маме я ещё вчера объяснил, куда и зачем сегодня пойду. Она уже «пришла в себя» после моей позавчерашней выходки (я впервые не ночевал дома). Всё же вняла моим объяснениям («должен выручить товарищей», «пообещал»). И дала «добро» на вечернее выступление. Но всё же мама нажаловалась на меня отцу — сегодня утром, когда я был в школе. Папа перезвонил днём. Прочёл мне по телефону лекцию на тему «ты смотри, сын, чтобы обошлось без последствий» (мама к нашему разговору не прислушивалась). А ещё отец запретил мне пить спиртное… в больших объёмах.

Я заверил родителей, что уже взрослый. Пообещал папе, что в следующем году он не станет дедушкой. Маме сказал, что буду сегодня во Дворце культуры петь, а не пить. Заверил её, что не ввяжусь в драку и обязательно приду домой до полуночи. Вспомнил, как на пару с женой вот так же учил уму-разуму своих сыновей. Поцеловал маму в щёку. Натянул на себя всё те же безальтернативные серые брюки (первые джинсы в моём гардеробе появились к концу второго курса института); подвернул рукава на белой рубашке, расстегнул на ней три верхние пуговицы. Перед уходом взглянул на себя в зеркало.

Поправил очки и сказал своему отражению:

— На Гарри Поттера ты, парень, не похож. Это и хорошо. Шрам на лбу нам не нужен. На Джона Леннона ты тоже не смахиваешь. Кстати… когда его убили?

Вспомнил: Леннона застрелили восьмого декабря тысяча девятьсот восьмидесятого года — почти год назад.

— Жаль, — пробормотал я. — Не успел. А то… предупредил бы его. Написал бы ему письмецо.

Хмыкнул. Пожал плечами.

— Ну, да ладно.

Обулся, накинул куртку.

Указал пальцем на очкарика в зеркале.

Сказал:

— Пусть на Леннона ты и не похож, но ты тоже неплох. Покажи детишкам, как нужно петь — пусть и битлы позавидуют.

Пробормотал:

— Как говорится, вдарим рок в этой дыре!

* * *

На входе во Дворец культуры я едва не столкнулся лбами со своим бывшим одноклассником Русланом Петровым. Точнее, я едва не врезался лбом в его грудь: ростом Петров не уступал тому же Васе Громову. Черноволосый парень с лицом потомка Чингисхана грубо оттолкнул меня со своего пути. И лишь после этого заметил, кто именно попался ему навстречу. Руслан (Руся) улыбнулся — осмотрел меня с ног до головы, будто приценивался. Я тоже взглянул на него с интересом. Отметил, что с момента нашей прошлой встречи Петров не только подрос, но и раздался в плечах — он уже не походил на школьника.

С Русей мы раньше учились в «Г» классе. Руслан долго занимал место за партой позади меня. Я часто подсказывал ему на уроках. Мы с ним не дружили, но общались… раньше. Быть может, именно по этой причине меня в те времена обходили стороной все эти васи громовы. Руся с первого класса занимался боксом (первые тренировки он провёл ещё на старом месте жительства: в Казахской ССР). И регулярно становился призёром на республиканских чемпионатах. Вот только среди школьников он славился не как спортсмен, а как «грозный» хулиган. А год назад Петров «ушёл» в ПТУ — я перешёл тогда в девятый класс.