— Ну вот и отлично! — кивнул я. — Тогда — до встречи!
— Чон-сонсэнним , возвращайтесь поскорее! — крикнула Хи Рен уже мне вслед.
— Как получится — но постараюсь! — пообещал я.
* * *
— Вот, держите, товарищ Чон! — без долгих предисловий протянул мне старший лейтенант небольшую бордовую коробочку и пухлый конверт.
Из нас двоих на место я подъехал первым — и едва не был там арестован: мои объяснения насчет назначенной здесь встречи как-то не показались военным на блокпосту убедительными. Мне грозно велели слезть с мотоцикла, поднять руки вверх и встать лицом к стене… Но тут как раз по встречной полосе, бесцеремонно объезжая очередь на въезд в город, подкатил приземистый армейский джип. Из него выскочил Юн Ён Су, коротко переговорил с местными — и руки мне милостиво позволили опустить. А затем уже вполне вежливо проводили за ограждение, в здание поста, где и оставили наедине с адъютантом Кана.
Тот полез в недра офицерской полевой сумки — и достал оттуда уже упомянутые коробочку с конвертом.
— Что это? — спросил я.
— Как понимаю, именно то, о чем вы просили товарища полковника, — усмехнулся Юн.
Затаив дыхание, я открыл коробочку — в ней на бархатной подложке лежала медаль «За воинскую доблесть», серебристая на красно-бело-синей колодке. В конверте оказались копия выписки из наградного листа и «корочка» удостоверения к медали — на имя Нам Хи Рен.
Ничего себе!
Нет, я, конечно, уже не мог не догадаться, что в той или иной мере Кан сподобился удовлетворить мою вчерашнюю просьбу… Но чтобы реализовалась программа-максимум — о таком, понятно, и мечтать не смел!
— Э… — протянул растерянно. — А как же вся эта ваша секретность⁈
— Понимаете, товарищ Чон, тут вышла небольшая накладка, — принялся объяснять мне собеседник. — Большинство награждений после известных вам событий действительно строго засекречены. Что касается офицеров — абсолютно все. А вот с рядовым и сержантским составом — уже не совсем так. Их награждали в три захода, большими списками. Но несколько человек, включая вашу отважную девочку, были добавлены в представление с небольшим опозданием — и днем позже их включили в отдельный указ, большинство фигурантов которого к первомайскому инциденту никакого отношения не имели! Поощренные за десять лет безупречной службы — и все такое. Этот документ идет уже не под таким строгим грифом! И в папку «Совершенно секретно» он попал у нас по ошибке! Заодно с остальными! Когда сегодня товарищ полковник поручил мне проработать вопрос с почетной грамотой для Нам Хи Рен, я пошел в канцелярию, поднял бумаги — чтобы безошибочно составить рапорт — и путаница вскрылась!