Несколько минут ждал, затаившись у канала от случайных прохожих. Вроде после морфия стало чуть спокойнее, но главную проблему он не решил. Я все еще был монстром. Все еще хотел продолжать жестокое пиршество. Стучало в висках, ломило зубы. Только вот вампиры кончились. Что дальше? Люди? Простые граждане страны Советов?

С ужасом представил свой бесславный конец. Убитый бывшими товарищами, убивавший тех, кого должен был защищать. От отчаянья хотелось завыть.

Николаева! Точно. Она же в городе. Она должна помочь. Оставалось добраться до ее номера пока совсем не рассвело.

Дорога до нужной гостиницы вышла… нервной. Меня выручали сверхчеловеческий слух и скорость. Удавалось от прохожих шарахаться в подворотни. Я представил еще один вариант своей несчастной судьбы. Остаюсь чудовищем, что прячется днем ото всех, а ночью выползает за добычей. Нет больше сделок, ласк, любви. Лишь бесконечная кровавая охота, пока меня самого не настигнут.

Вспомнилась первая встреча с Сашей и ночь, когда я залез к Кларе после сделки с Элен. Как же хорошо тогда было. Я хочу туда.

С этой мыслью карабкался на стену гостиницы и постучал в окно. Не откроет — придется разбить. Не пришлось. Открыла и отшатнулась.

— Коваль⁉

— Я…

Совершенно не узнал свой голос. Хриплый, глухой, натужный рокот.

Николаева затворила окно, разжигая керосинку. Заспанная, в белой широкой ночнушке, медно-рыжие волосы растрепаны. Не самый сногсшибательный ее вид, но… Она была достаточно привлекательной женщиной и чародейкой. Прошлый, нормальный я уже бы сейчас думал о том, как бы ее от ночнушки избавить. Но… Сейчас я ощущал только приглушенное морфием желание переломать ей пальцы. Для начала…

Плохо. Очень плохо.

— Не могу вернуться… Не выходит… — пожаловался хрупкой девушке огромный монстр.

— Поняла. Ложись. Прямо на пол. Дрался?

— Да.

— Что употреблял?

— Тоник Вайса, сейчас морфием поставился.

Взволнованная, но не перепуганная, Николаева внимательно осматривала меня, подсвечивая магическим огоньком. Затеплилась надежда… Может, у нее получится?

— Дыши.

Она положила хрупкую ладонь мне на грудь.

— Змеи откуда?

— Сделал.

— Первый раз?

— Да…

Синяя вспышка сорвалась с пальцев волшебницы. Говорить вдруг стало тяжело. Ярость и голод утихли, но вслед за ними пришла слабость. Холодно.

— Что чувствуешь?

— Тело слишком большое… Пошевелиться не могу… Но мне лучше… Спать захотелось.

— Нет, нет, нет, Коваль. Спать пока рано. — строго сказала она, прощупывая мне живот. — Я сделаю надрез, но вряд ли тебе будет больно.

Больно и правда не было. Лишь хотелось спать. Это хорошо. Я точно ни ей, ни кому другому вреда теперь не причиню. Не будет в Петербурге спятившего демона-чекиста, жрущего людей по ночам.