Насколько возможно бесшумно я покинул камеру. Скользнул мимо поста охраны и уже спокойно брел к месту, где оставил вещи, как вдруг меня окликнул Рытников.

— А ну стой! Куда ты в таком виде⁈

Я опешил. Портки и рубаху ведь натянул, подпоясался даже. Мятый конечно, но так…

— Твое происхождение — это тайна! Тайна, понял⁈

— Я помню. Но причем тут…

— В зеркало глянь.

Зеркало нашлось в кабинете Рытникова. Глаза… Вот в чем дело. Зрачки мои вытянулись и сузились, превратившись в змеиные.

— Это я случайно.

— Обратно можешь вернуть?

— Обратно? Сейчас попро… Вышло.

Глаза вернулись в норму, а все вокруг стало чуть тусклее и смазанее. Гляну в окно — темень.

— Вот так и ходи. — проинструктировал Рытников. — Или черные очки заведи. А то вышагивает тут, змей-искуситель.

Через пару минут я вернул в камеру Саши с книгой. Глаза мои снова изменились, давая ночное зрение. Я аккуратно устроился на кровати и глянул на обложку книги. Черная, строгая словно монашеское одеяние. Никаких украшательств и картинок. Лишь указание автора да одно слово: «Капиталъ». Опустив короткое предисловие сразу перешел к первой главе.

«Богатство обществ, в которых господствует капиталистический способ производства, выступает как „огромное скопление товаров“, а отдельный товар — как элементарная форма этого богатства. Наше исследование начинается поэтому анализом товара…»

Не скажу, что читать было просто и я все понимал. На купца не учился, а тут много про торговлю было. Ну дак и в Библии я многое не понимал. Ничего. Главное ощущение поймать. Вдохновиться и прикоснуться к величию чужой мысли. Пусть вовсе не божественной, но важной, раз столько людей ею сподвиглись.

Так и скоротал ночь. Спать не захотелось.

Утром, попрощавшись с Александрой, собирался уже на работу, но прежде решил попробовать закурить. Вышел к лесу, достал папиросы и спички. Хорошо. Бодр, будто всю ночь проспал, а не книжку читал. Прохладный утренний воздух и молодое солнце радовали даже мою темную душу. Может, демоны — ночные твари, но против света дня я лично ничего не возражаю. Над лесом пролетела, кружась, стайка птиц. Хотя нет. Не птицы то. Бумажные самолетики, которые словно живые неслись куда-то в сторону Лицея. Магическая почта? Вот выдумщики эти чародеи. Ладно. Зажег папиросу. Закурил.

Первый же глубокий вдох ожог легкие и горло. Еле вытерпел, сцепив зубы. Что не так? Вон Рытников и все чекисты дымят как паровозы. Неужели табак демонам опасен как ладан? Если так, то обидно. Попробовал еще раз и закашлялся, чуть не выронив папиросу.

— Зачем мучаешься коль не идет? — раздался знакомый голос.