Они отвели Кривого к машине. Он уселся на заднем сиденье, уставившись перед собой с тупой злостью во взгляде. Миролюбов закрыл дверь за Кривым и попытался потянуться. Вышло плохо. Тогда Михалюк, чья теща, казалось, знала все на свете, авторитетно посоветовал:

— Керосином разотри на ночь. Утром будешь как новенький!

— Вонять же буду, — возразил он.

— А ты не принюхивайся! — нашел выход из положения Михалюк и сел рядом с водителем.

Миролюбов остался с арестованным, который всю дорогу до отделения смотрел себе под ноги и раздувал ноздри, время от времени шумно вздыхая.

* * *

В комнате для допросов было душно. Кривой не желал сидеть спокойно и то и дело ерзал на стуле. Движения у него были дергаными, и голова заметно клонилась набок во время движения. Иногда был заметен нервный тик, тогда его челюсть как бы съезжала на сторону наклона головы, заставляя его слегка приоткрывать рот.

— Натворили вы дел, Семен Михайлович, — беззлобно заговорил Михалюк, приступая к допросу.

Он включил магнитофон, и бобины с пленкой закрутились.

— Итак, допрос ведет майор милиции Михалюк Станислав Николаевич. Задержанный, представьтесь.

— Вы и так знаете, как меня зовут, — буркнул мужчина.

— Знаем, конечно, но таков порядок. Итак, задержанный, представьтесь!

— Семенов я, Семен Михайлович. Так сойдет? — продолжал упрямиться Кривой.

— Для начала. Год рождения, род занятий… Не в первый раз же, Семен Михайлович, процедуру знаете.

— Тысяча девятьсот двадцать восьмого года рождения. Работаю сторожем в таксопарке.

— Скажите, Семенов, откуда у вас новенький транзисторный приемник?

— Из дома. Это мой приемник, — твердо ответил Кривой.

— Сережки тоже ваши?

— И сережки тоже мои.

— Ну тогда у вас, наверное, и квитанции о покупке сохранились? Приемник-то совсем новый.

— Нет, — ответил Кривой и уставился в сторону.

— Потеряли? — сочувственно предположил Михалюк.

— Да! Потерял! — выкрикнул Кривой.

— А мы нашли, — расплылся в улыбке майор. — По заводскому номеру, который чудесным образом совпал с номером в квитанции о покупке у некой гражданки Игнатенко. Мы у нее как раз накануне принимали заявление о краже, в том числе и такого приемника. Чудеса! Как считаете, гражданин Семенов?

— Никак! Если уже все знаете, зачем пристаете? Только нервы зря мотаете!

— Как видите, Семенов, не зря, — ухмыльнулся Михалюк — Рассказывайте, как дело было? Что сделали со старой Библией?

— Не было никакой Библии, — заявил Кривой, пряча взгляд.

— Как же не было, когда вот тут черным по белому написано: украдена старинная Библия. Семенов, говорите как есть, — посерьезнел Михалюк.