Впрочем, она очень схожа с моей.

— И пахло от него… — Ррык принюхался к воспоминаниям. — Странно пахло. Озоном, как после грозы. Старыми книгами. И еще… смертью. Не гнилью, нет. А именно смертью — тем самым моментом, когда жизнь уходит из тела.

Озон и смерть. Жуткое сочетание.

— Ррык, это очень важно — он оставлял здесь что-то? Прятал? Может, говорил о каких-то тайниках?

Лев перестал умываться и посмотрел на меня своими янтарными глазами. В них мелькнуло что-то… понимание? Или жалость?

— Нет, — коротко ответил лев.

Я достал из кармана визитку, которую мне дал Серебряный. «Метрополь», президентский люкс. Конечно.

— Сначала мне нужно отдохнуть. И подумать. Слишком много всего навалилось за один день.

Фырк фыркнул.

— Отдохнуть он собрался! Двуногий, у нас тут апокалипсис назревает, Совет психопатов планирует геноцид, а ты в кроватку собрался!

— Уставший лекарь — мертвый лекарь, а вместе с ним и его пациент. Мне нужна ясная голова. Несколько часов сна, душ, нормальная еда. А потом — будем решать все проблемы.

— Будь осторожен, — предупредил Фырк. — Мало ли что в голове у этих психопатов. Они выглядели загадочно и зловеще

Загадочно и зловеще. Но другого пути у нас не было.

— Спасибо за предупреждение, — кивнул я.

Ррык начал растворяться, его контуры становились все прозрачнее, тая в полумраке коридора.

— Удачи, лекарь. Она тебе понадобится. Му-аха-ха-ха.

Он исчез, оставив после себя только легкий запах озона и старой шерсти.

— Что это с ним? — нахмурившись спросил я.

— Да шуточки это все его, — буркнул Фырк. — Не обращай внимания. Коврик он и есть коврик.

Номер в «Метрополе» оказался не просто люксом — это были настоящие царские апартаменты. Ковры ручной работы, паркет из морёного дуба. Мебель красного дерева с инкрустацией слоновой костью.

Огромная хрустальная люстра, которая, вероятно, стоила как годовой бюджет нашей муромской больницы. И вид из панорамных окон на Москву — Кремль был подсвечен, его рубиновые подсветки горели, купола соборов золотились в свете прожекторов.

Серебряный явно хотел продемонстрировать, какие блага ждут тех, кто сотрудничает с «Канцелярией». Тонкая, почти неприкрытая манипуляция — показать пряник после кнута.

Но мне было плевать на эту показную роскошь.

Я рухнул на огромную кровать, даже не разувшись, и уставился в расписной потолок. Там, среди пухлых ангелов и улыбающихся херувимов, крутилась одна навязчивая мысль. Проблема вагонетки в самом извращенном ее виде.

Классическая дилемма: неуправляемая вагонетка несется на пятерых привязанных к рельсам человек. Ты стоишь у стрелки и можешь переключить ее, направив вагонетку на другой путь, где привязан всего один человек. Что выбрать? Бездействие, и пять смертей на твоей совести? Или действие, и ты становишься прямым убийцей одного?