«Он провоцирует. Не поддавайся».

— У меня выходной, — ответила она ровным, бесстрастным голосом.

— Выходной, значит? — он усмехнулся, сокращая дистанцию ещё на шаг. — Устали от «проблемных пациентов»? Или решили отдохнуть от самой себя?

Она сделала глубокий вдох, подавляя эмоции.

— Я не обязана перед вами отчитываться, — произнесла она холодно, чётко выговаривая каждое слово.

Скорпион сделал ещё шаг вперёд, почти вторгаясь в её личное пространство. Его голос стал тише, но остался таким же бесстрастным:

— Или вы берёте только тех, кто вам удобен?

Эля почувствовала, как кровь приливает к щекам. Солнечный блик скользнул по его пепельным косам, высветив металлические нити, оплетающие пряди. На мгновение она залюбовалась игрой света и тут же одёрнула себя.

«Сосредоточься. Это игра. Он играет с тобой, как кот с мышью».

— Вы прекрасно знаете, что это не так, — она постаралась говорить спокойно. — Я работаю со всеми, кто готов работать со мной, — но голос всё равно дрогнул. — А вот вы, похоже, избегаете любого взаимодействия. Почему? Может, вам просто нравится чувствовать себя загадочным?

— Потому что я слишком сложен для вас, — он слегка наклонил голову, изучая её взглядом, словно сканируя каждую эмоцию. — Слишком непредсказуем. Слишком опасен.

«Ну, конечно. Великий и ужасный Скорпион боится, что его разгадают».

— О, безусловно, — Эля приподняла бровь. — Опасность так и витает в воздухе. Но это лишь иллюзия контроля, — отрезала она, глядя ему прямо в глаза. — Вы отталкиваете помощь, потому что боитесь, что кто‑то увидит: под всей этой бронёй вы обычный человек… то есть ксикорианец. Со своими страхами.

— Помощь? — он рассмеялся коротко и жёстко. — Вы называете это помощью? Вы просто хотели меня изучить. Как подопытного кролика. Для своих отчётов. Чтобы потом разложить меня по полочкам и поставить диагноз! А потом получить желаемые: признание, проект и отпуск.

Внутри у Эли всё сжалось. Она невольно опустила взгляд на его руку, которая сейчас сжимала край пояса с кобурой. Мышцы под чёрной тканью слегка перекатывались при каждом движении.

— Это неправда, — её голос дрогнул, к горлу подступил комок. — Я пыталась вам помочь. По‑настоящему. Но вы не даёте мне шанса.

— Шанса? — он отступил на шаг, словно отстраняясь не только физически. — Вы сами его упустили.

— Упустила? — Эля начала злиться, но под гневом клокотала другая, более опасная эмоция. — Я не упускала, я лишь сказала, что ваши методы не подходят…

— Вы про секс? — перебил он её, не спуская с неё острого взгляда тёмно‑фиолетовых глаз. В нём читался вызов, провокация и что‑то ещё, почти уязвимое.