— Именно, — с вызовом бросила Эля, даже не покраснев. Её голос звучал твёрдо, но внутри всё дрожало. — Использование близости как инструмента контроля — это не сила. Это слабость.

Скорпион на мгновение замер. Его усмешка дрогнула, словно треснувшее стекло. Он явно не ожидал такого прямого ответа и это на долю секунды выбило его из привычной роли насмешника.

— Вы… серьёзно? — в его голосе прозвучало неподдельное удивление.

— Абсолютно, — Эля расправила плечи, чувствуя, как внутри закипает смесь злости, решимости и чего‑то ещё острого, волнующего. — Я психолог, а не… не…

— Не что? — он слегка прищурился, но теперь в его взгляде читался не вызов, а скорее любопытство. И что‑то более глубокое, почти голодное.

— Не инструмент для развлечения, — закончила она твёрдо. — И если вы считаете, что близость — это единственный способ наладить контакт, то вы глубоко ошибаетесь.

Они стояли и смотрели друг на друга. Между ними было всего несколько шагов, но Эля чувствовала, что их разделяет пропасть недопонимания. Вокруг кипела жизнь, но для них весь мир сузился до этой точки напряжения. Воздух между ними будто наэлектризовался, стал густым, тягучим.

— Знаете что? — Эля глубоко вдохнула, стараясь взять себя в руки. Её пальцы непроизвольно коснулись пряди волос, упавшей на плечо. — Я не собираюсь с вами спорить. У меня сегодня выходной. И я хочу провести его без… без всего этого.

Она обошла его стороной, стараясь не задевать плечом, и бросила через плечо:

— Приятного дня.

Скорпион не ответил. Только проводил её взглядом. Его усмешка наконец погасла, сменившись чем‑то более сложным — смесью разочарования, раздражения и… интереса.

Эля ускорила шаг. Пальцы слегка дрожали, в груди клубились противоречивые чувства: облегчение от того, что конфликт исчерпан, и одновременно — горькое сожаление.

«Всё правильно, — убеждала она себя. — Мне нужен отдых. Мне нужно отвлечься». Но где‑то глубоко внутри шевельнулось сомнение: а вдруг она действительно упустила шанс? Вдруг он был готов открыться хотя бы чуть‑чуть? Вдруг это была та самая трещина в его броне, через которую можно было пробраться к настоящему Скорпиону?

Она сжала кулаки, заставляя себя идти дальше. Но сердце всё ещё бешено колотилось, а в памяти стоял его взгляд — тёмный, напряжённый, полный невысказанных слов.

Эля шагнула на платформу остановки, где уже собрались пассажиры. Над платформой вспыхнула голограмма маршрута — из туннеля с мягким свистом вынырнул серебристый аэробус, озарив всё сиянием стабилизационных полей.

Она шагнула вперёд, села на свободное сиденье, двери закрылись и вскоре аэробус плавно рванул по маршруту на Средний уровень.