— Я заметил скачок давления на главном манометре, — хриплым, уставшим голосом рассказывал Пафнутий. — Стрелка прыгнула в красную зону. Я тут же перекрыл подачу и врубил аварийный сброс пара. Когда вскрыл блок фильтров — увидел эту... скверну.
— Ты видел кого-нибудь постороннего в машинном зале незадолго до этого? — жестко спросил Святогор.
Пафнутий замялся. Его пальцы быстрее заскользили по четкам. — Я... я не уверен, что это имеет значение... — пробормотал кочегар.
Святогор шагнул к нему вплотную. Холодный взгляд серых глаз Ловчего придавил инока к табурету. — Говори, — ледяным тоном отрезал Святогор. — Если котел рванет, твои четки расплавятся вместе с тобой.
— За час до смены... — выдавил из себя Пафнутий, сглотнув, — я видел здесь Инока Игнатия. Из «Черных Ковачей». Он сказал, что пришел сверить показания тепловых датчиков.
При упоминании «Черных Ковачей» Инок-Дознаватель за спиной Святогора напрягся. Сервоприводы в его маске тихо зажужжали.
— Кто это такие? — спросила Марья.
— Еретики! — с отвращением проскрипел Дознаватель. — Радикальная секта, что откололась от Стального Духовенства. Они верят, что Навь можно «приручить» и сплавить со священной сталью, создав более совершенные механизмы. Хула на Сердце Перуна! Их мастерские расположены в Нижних Штольнях.
Святогор переглянулся с Марьей и Никифором. Детективная нить натянулась. Он повернулся к Дознавателю.
— Веди нас в Нижние Штольни. Я хочу поговорить с этим Игнатием.
Инок-Дознаватель на мгновение замер, а затем медленно кивнул. В его единственной красной линзе отразилось пламя Великого Котла.
Глава 30. Логово Черных Ковачей
Утро в Полисе Железный Покров наступало не по солнцу, а по звуку Великого Парового Органа.
С первыми ударами стотонных молотов, отбивающих гимн Вечному Движению, в гостевых кельях-казармах вспыхнули плазменные светильники. Святогор поднялся с жесткой железной нары. Воздух в каменной комнате был сухим и теплым, пропитанным запахом озона и раскаленного металла.
Команда готовилась к спуску в Нижние Штольни.
Марья тщательно проверяла натяжение янтарной жилы на своем струномете. Девушка смазывала вороток густым веретенным маслом, готовя оружие к сырости рудничных туннелей. Дед Никифор с довольным кряхтением затягивал на поясе тяжелый брезентовый подсумок с набором разводных ключей, щупов и манометров.
Святогор облачался в свой боевой тегиляй. Он проверил заряд янтарно-плазменного чипа в рукояти кладенца, закрепил на поясе сумку с дымовыми шашками и протянул коротковолновую рацию Тимке.
— Порядок такой, юнга, — жестко проговорил Ловчий. — Ты остаешься в Верхней Кузне. Будешь помогать Иноку-Плавильщику чистить тигли. Но главное — держи ухо востро. Если услышишь по рации кодовое слово «Перегрев» — немедленно доложи Архимандриту Филарету. Усек?