Батя рассказывал, что когда после смерти Сталина в Новосибирск хлынули толпы амнистированных уголовников, именно фронтовики Соседова с полного попущения милиции устроили им та-а-акой геноцид… Нет бандита, нет проблемы.

Тогда на танцы в Кривощёковский рабочий клуб блатные ходили с финками за подвёрнутыми голенищами сапог. По моде, с напущенными на них штанинами. А у бойцов Дядьколи там же, за голенищами, были пистолеты. Ну а что, эхо войны!

Красный американский трактор

Главным сокровищем Антона в раннем детстве был американский большой Красный трактор на четырех плоских батарейках «Планета-1». Где его такой великолепный и в красочной коробке добыл добрый Дядьколя Соседов и подарил Антону на день рождения, неведомо. Но трактор блестел, поршни его прозрачного двигателя двигались, он умел разворачиваться на месте, ездил туда-сюда и гудел как паровоз. Прикасаться к трактору никому нельзя было категорически! Только смотреть, да и то с разрешения маленького хозяина, если он был добрый.

Иногда Антон ненадолго выносил свою дарёную прелесть во двор и показывал её в движении всем желающим. Демонстрировалась короткая программа, все цокали языками и прелесть быстренько уносилась назад.

Позже всё тот же Дядьколя подарил своему любимчику, уже первокласснику, Антону, брутальные водонепроницаемые часы со светящимися цифрами — «амфибии», из экипировки подводных разведчиков и диверсантов. И в этих своих новых часах Антон вообще перестал выходить на улицу, а показывал их своим дворовым приятелям только дома. По десять раз на дню они топили эти часы в банке с водой, засекали время и цокали языками.

Ну, за победу!

(лирическое отступление)

Вообще-то он родной дед жены Антона, Татьяны, но давно уже их общий — Сима, Семён Иванович Шейков, 1915 года рождения. Настоящий герой, вся грудь в орденах и медалях! Артиллерист, зенитчик, защищал питерское небо в Пулково, а потом ещё и московское небо в Тушино. С двумя тяжелейшими контузиями, но выжил. И он как-то под рюмочку рассказал Антону вот такую историю про жизнь и смерть на войне, и которую вряд когда-нибудь ли опубликуют.

В сентябре 1941-го года его, двадцатишестилетнего лейтенанта, молодого коммуниста, послали с секретным пакетом из его части в Пулково, в Главный штаб, что на Дворцовой площади. Ещё трамваи ходили.

Приехал ранним утром Сима на трамвае на Невский проспект, народу тьма. Хотя фрицы уже и Бадаевские склады разбомбили, да и так постреливали, но кабаки ещё работали. Ну и зашёл Сима в какой-то подвальчик, время было. Взял сто граммов водочки, то-сё… Смотрит, девушка симпатичная, одна сидит.