Он не ответил.
— Брат…
— Знаю… Но не могу. Не могу оставить эту землю. Свою землю.
— Зараза…
Он отмахнулся. Рявкнул:
— Не говори этого при мне!
И глянул на камень, который покоился на алтаре. Странный камень, который удалось вытащить… откуда? Он и сам толком не знал.
Внутри камня всё так же бушевали огоньки. А еще… символы. Очень странные символы. Очень много. Такие маленькие…
Он пригляделся. Ни одного знакомого знака или руны.
Он медленно, почти благоговейно, протянуло к кристаллу одно из щупалец. Кончик его — тонкий, чувствительный, покрытый микроскопическими ресничками — коснулся поверхности.
Кристалл отозвался.
Не звуком. Не светом. Но внутри его сознания проявилась картина: бесконечные ряды каких-то прямых линий и предметов, пыльный воздух, шорохи, жуткий мёртвый свет от неподвижных пузатых птиц. И лица — странные, плоские, с двумя неподвижными глазами на передней части головы. Ну и уроды! Существа, лишённые щупалец, с нелепыми, негибкими конечностями. А еще — мир… огромный, странный, но… не зараженный…
Существо убрало щупальце. Его фасеточные глаза — все, что были обращены к кристаллу — на миг закрылись. Затем открылись вновь.
Вокруг алтаря собрались другие.
Их было шестеро. Все — одной расы, одного племени, одного умирающего рода. Они стояли молча, втягивая воздух через поры на коже, впитывая запахи, вибрации, электромагнитные шёпоты.
— Брат, нужно уходить…
— Нет, — отрезал он.
— Но…
— Мы слишком долго отступали. Слишком многие наши братья умерли, пока мы искали соседние листы реальности, где можно жить, не боясь Заразы.
— Что ты хочешь сказать? Брат, я не понимаю… — говоривший склонил щупальца в жесте, который у их народа означал одновременно печаль и благодарность ушедшим.
Вожак медленно повернулся к соплеменникам.
— Я увидел. И я нашел.
— Что? Что ты нашел, брат?
— Новый мир. Плотный. Грубый. Который нам… подойдёт.
— А те, кто там обитает?
— Они слишком слабы.
— Как мы попадем на тот лист бытия, брат?
Он глянул на камень — Кристалл.
— У меня есть Ключ…
Глава 4
Я поплёлся в «Р-12». Дорога заняла минут пятнадцать — через галерею. Сектор встретил меня тишиной, тусклым светом и рядами одинаковых стеллажей, набитых серыми, невзрачными папками. Травяная магия… ну что может быть скучнее?
Я сел за стол, разложил бланки. Работа была механической: открыть папку, сверить инвентарный номер, поставить галочку, переписать название в формуляр. Скука смертная. Мозг отключился, пальцы двигались сами собой, а мысли снова ушли в бесконечный, тоскливый круг.
— Ты как зомби, ей-богу, — раздалось откуда-то сверху. — Сидишь, галочки ставишь, а сам даже не моргаешь.