— Хочешь учить меня этой твоей трансмутации крови и духа на местных тварях? — догадался я. Юрна кивнула.

— Не хочу, но придётся. Для достижения подлинного мастерства всё равно придётся ставить опыты на себе, не отвертишься. Но с азами нам помогут местные обитатели. Давно, ещё в юности, я и сама тренировалась на кроликах.

Кролики, значит…

Спустя ещё десять минут хода по влажному поросшему голубым мхом лазу, мы оказались в небольшом зале аванпоста. И вот теперь я стою и смотрю на следы здоровенных, с ладонь, не меньше, клыков, отпечатавшихся на массивной дубовой двери, окованной сталью. Да к тому же системной.

[Крепостная дверь. Редкое]

Качественное изделие, созданное отличным плотником и не менее выдающимся фортификатором. После чего подвергшаяся трансмутации для придания невиданных свойств.

Не подвержена износу от влаги и сухости. Не гниёт.

Способна к очень медленному восстановлению целостности.

Прочность +237%

Устойчивость к горению + 312%

И вот эту вот махину, которую я без помощи Юрны даже приоткрыть не сумел, кто-то изгрыз так, что только обломки щепок торчат. Что-то мне уже не так сильно хочется знакомиться с «дыханием Бездны» поближе.

— Наверняка кто-то из самых глубин вылез, когда тройка тут нас на части разбирала. — Юрна уселась на приземистый крепкий табурет. — Ещё бы! Столько энергии высвободилось, столько даром пропало. Голодные духи-то, пожалуй, до сих пор пируют. Теперь их и голодными как-то неловко называть. Вот и живые твари вылезли на огонёк.

— А мы, если будем заниматься тут, не…

— Привлечём, конечно! — Юрна хохотнула. — В этом и суть, парень. Ты действительно отлично схватываешь суть. Никого сильного не приманим — там, на глубине, связь с Системой лучше, реально могущественные её дети без нужды не покидают глубин. А вот мелкую шушеру, жадную до любой крупицы силы — запросто. Она-то нам и нужна.

* * *

Прежде, чем приступить к обучению, мы наскоро перекусили. Здесь, в каких-то особых мешках, нашлось вяленое мясо, пара ломтей сыра. Даже хлеб — чудом не покрытый плесенью. А ещё добротный сладкий сок, приятной прохладой ласкающий горло.

— Что это за сок? — поинтересовался я. — Какие-то ягоды?

— Откуда? — губы женщины, всё так же закутанной в один лишь плащ, растянулись в улыбке. — Это кровь.

Я поперхнулся, сплёвывая. Жидкость вдруг перестала быть такой приятной.

— Ой, какие мы нежные, надо же. Не переживай, Авий. От крови тут только первооснова. Чего ты ещё ожидал? Здесь как-никак собрались именно адепты крови и духа. Специалисты по сродству и подобию бы из воздуха себе напитки выжимали. По противоположностям — хоть из камней. А мы — вот так. Зато такие, как мы, никогда не мучаемся голодом и жаждой. Тело-то, родимое, всегда с собой!