Глава 18 Не один
На поверку кладбище оказалось не очень-то жутким. Тихое, спокойное место, окутанное легчайшей пылевой завесой и согреваемое лучами маленького чёрного светила, уныло висящего в бледно-сером небе.
Ну, наверное согреваемое. Ни холода, ни тепла, ни чего-либо ещё извне я не ощущал. А вот от всего произошедшего заметно потряхивало.
Я бродил туда-сюда среди рядов могил — частью зарытых, частью давно пустых, частью ещё даже не подготовленных — и катал на ладони радужный шарик.
Сгусток возможностей. Взаимодействие: доступно.
Тип: ядро бессмертной души.
О многом можно было подумать, глядя на переливающиеся округлые бока этой штуковины. О том, какое я чудовище — ведь, судя по обрывкам фраз Бабая, я не просто убил духа-смотрителя, отправив его в загробный мир. Я буквально уничтожил его душу, а шарик в моей руке, это всё, что от неё осталось.
О том, насколько уникальный предмет я заполучил. Этот смотритель — что он, сам виноват, что подкрадывался ко мне для атаки. Ни одна сволочь не смеет больше покушаться на меня и остаться безнаказанной! Ему поделом, а мне — уникальная штуковина.
Или, конечно, о том, что я торчу среди бескрайнего кладбища как идиот вместо того чтобы скорее возвращаться обратно к живым, пытаться выбраться, спасти Эльмею, которую клялся защищать.
Но в голове отчего-то крутилась только одна дурацкая мысль: почему у этого ядра такое странное название? «Ядро возможностей». Не какой-нибудь, не знаю, «концентрат души», или «ядро души». Про душу вообще ничего, и, не давай мне Разбитое зеркало читать описания артефактов, я бы ни в жизнь не понял, что передо мной…
И что это за возможности такие, которые оно даёт? Есть ли среди них возможность, э-э, воскресить душу? Всё-таки малость стыдно за излишне радикальную меру.
Я ведь не планировал его даже просто убивать. Лишь хотел отправить отдохнуть на пару часиков, не более.
Конечно, бродил я не праздно, не просто так. Точнее, бродил-то просто так, но не от нечего делать. Я ждал прибытия Бабая. Он заверил, что лучше будет, если я не стану выходить за пределы кладбища. Сказал, что пространство в этом плане очень условно, и живому здесь потеряться раз плюнуть, а вот он, почуяв моё появление и войдя со мной в какой-то резонанс, без труда прибудет на место.
Я решил довериться ему. Не только по самой очевидной причине — он сражался и погиб, защищая меня, и пожелал, чтобы я стал его хозяином. Но и просто потому что, после земляной камеры, после допроса, после осознания предательства Управителя, мне хотелось положиться хоть на кого-то.