— Но… как?.. — одними губами спросила Камилла, изливая новую порцию крови.
Обычный человек не может слабым ударом руки выломать рёбра, да ещё так точно, филигранно! Сжав сердце в ладони! Это… это просто бред! А все, любые системные навыки блокирует кинжал Вильда…
— Это не навык. — синие губы врага растянулись в жалкой, нелепой улыбке мертвеца. Его слова едва можно было разобрать. — Это… перчатки.
Глава 20 Пиррова победа
Дух-череп — тот самый, что был вмурован в стену и должен был меня сторожить, стал для Бабая отличной закуской. Да и разминкой тоже — более реальный, чем духи Горнила, он сумел оказать сопротивление.
Только вот Бабай мог уменьшиться, и даже в тесной яме чувствовал себя прекрасно. А череп ничего сделать не мог. Его язык и плевки какой-то дрянью только щекотали волку шкуру.
Надолго этого противника не хватило.
— Думаю, теперь о нас узнали. — кивнул я собственным мыслям. Бабаю я уже успел рассказать, кто станет нашим главным противником.
— Я ловчий! — рыкнул Бабай, яростно пялясь на люк в потолке. — Я — ослабляю! Делаю добычу податливой! Ты — убиваешь!
Я оказался прав. Не успел я вылететь из астрала в вещный мир, а Бабай — раствориться в дымных клубах, как крышка люка слетела от резкого рывка, с треском впечатываясь куда-то в стену коридора.
Я рванулся в сторону, уходя с траектории возможного удара. Но могильная теснота камеры — не самый лучший друг рывков и прыжков. Болезненный удар головой и плечом о землю заставил прийти в себя.
— Не дёргайся, щенок. — сухой надменный голос раздался из кромешной тьмы коридора. Когда Бабай исчез, пропало и освещение, так что надеяться оставалось лишь на зрение духа-волка. — Мне интересно, как ты прикончил черепка. Так что пока возьму тебя живым.
Тихое шуршание ткани о землю — подол его мантии по узким стенам. Почти неслышные шаги. Не обострился бы слух в темноте, вовсе бы не различли.
И оглушительный звон битого стекла, раздавшийся одновременно со вспыхнувшим во тьме пламенем. Времени на раздумья не было — я просто зажмурился, черпанул так много сырой силы. как сумел, и плеснул куда-то в сторону врага.
— А-а! — вскрикнул тот, то ли от моей жалкой атаки, то ли ослеплённый вспыхнувшим пламенем. Только секунду спустя я понял, что броском мог навредить Бабаю.
— Давай, хозяин! — прорезал пространство сухой рык, утопающий в каком-то грохоте. — Держу!
Когда я открыл глаза, пространство передо мной изменилось. Стены камеры наполовину лопнули, открылся длинный кусок коридора с потолка валились куски глины.
И в этом хаосе стремительно плясали двое — приземистый угольно-чёрный волк с искрящейся шерстью с глухим рыком напрыгивал на рослого лысого мужчину в мантии, или рясе.