— Ты переполнен злобой…
— Злобой⁈ Злобой, старик⁈ Это слишком мягкое слово! Да я каждый день нахожу новую причину, чтобы не придушить тебя собственными руками! Ты забрал все, что мне дорого! Ты разрушил все, чем мы были! Ты убил свою жену, убил мою мать! Своим бездействием! Дурацкой магией! И глупыми байками о тьме! О том, что пытаешься нас всех спасти! О какой-то великой цели, которая больше, чем мы все! Придумал её себе, чтобы как-то оправдать то, что своим эгоизмом отравляешь все вокруг! Все, к чему прикасаешься! И ради чего? Чтобы теперь сделать то же самое и с моим сыном. Нет, Арор. Пока я жив, пока я Вождь, здесь не появится ни одного Духа Хранителя. Эргар позаботиться об этом. А если, все же, со мной что-то произойдет, он заберет его с собой, спрячет от остальных, и Ардан проживет жизнь среди горных троп. Он станет снежным барсом, и век его будет краток. Потому что и самому Эргару я тоже запретил обучать Ардана.
— Заберешь своего же сына у его матери? Спрячешь среди зверей?
— Нет, глупец, я заберу его утебя . Спрячу его оттебя . Потому что если и есть в этом мире какая-то тьма. Абсолютное зло, о которым ты столько твердишь, то, что весьма иронично, ты им и являешься. Арор Эгобар. Ты и есть самое страшное и злое, что могло произойти с этим миром. Да будет проклят и забыт тот день, когда наша стая тебя породила.
— Тогда убей меня, Гектор, — прошептали кроны. — Прямо здесь и сейчас.
Кот снова зашипел, и что-то вновь блеснуло в его лапе.
— Не искушай меня, старик… не испытывай судьбу.
— Почему? Почему сдерживаешь себя?
Кот прищурился и снова улыбнулся. На этот раз как-то довольно и победно.
— Потому что, ради всех нас, кого ты отравил своим существованием, я хочу, чтобы тыстрадал . Чтобы увидел, как все твои попытки сделать из моего сына своего наследника, обернулись крахом. Чтобы ты дряхлел и чах. Чтобы хватался за последние искры своей магии, которая держит тебя в этом мире. Ты будешь увядать. День за днем. А Ардан будет становиться сильнее. И свободнее. И, когда ты издашь последний хрип, проклятое ты создание, то увидишь перед собой человека свободного и вольного самому решать свою судьбу, а не твою очередную куклу.
— И чем тогда ты отличаешься от меня, Гектор? Если хочешь использовать своего родного сына, чтобы насолить умирающему старику?
— Ты серьезно думаешь, что игры разума Скасти на меня как-то повлияют, Арор? Что ты пошатнешь мою уверенность? — кот снова засмеялся. — Я люблю Арда. Так сильно, что даже не знал, что такое чувство вообще возможно.
— Как и все родители, внук…