Закончив со своей тирадой, Налаил глубоко задышал и, словно истратив на монолог последние силы, прежде поддерживавшие его стержень, взвыл и обхватил голову руками. Глубоко погружая пальцы в волосы, он причитал:

— Но это все сказки… старые сказки… россказни эльфийских старух… их не бывает… Бездомных не бывает… это все страшилки… только страшилки… сказки… сказки… сказки…

Ардан поднял взгляд на испуганную, бледную, едва ли не плачущую госпожу Аил. Испуганную, но все еще готовую бороться. А это самое важное.

Поднимаясь на ноги и подходя к потерявшему в дебрях собственного ужаса эльфу, Ардан поднял его голову за подбородок и заглянул внутрь подернутых серой пеленой глаз. Ему даже не пришлось вторгаться в чужое сознание. Юноша просто позволил эльфу-полукровке разрешить самому себе столь вожделенную слабость.

Господин Налаил обмяк, его руки повисли безвольными веревками, и он тихо, спокойно засопел. Бессонные ночи взяли свою дань, отправляя измученное сознание по тропам снов. Может, если бы не почти неделя, когда отчаявшийся отец сражался с тем, о чем на самом деле понятия не имел, Ардан не смог бы так легко его усыпить.

— Что вы…

— Он просто спит, — Арди поспешил успокоить испуганную женщину. — Ваш муж сделал все что смог, госпожа Аил.

Почти без сил она опустилась на подлокотник и обняла голову мужа, прижав его к своему животу. Господин Налаил мерно дышал и постепенно терял прежнюю серость лица, а дрожь в конечностях пусть и едва заметно, но стала меньше.

Если Арди все правильно понял, то той, что навестила семью, не достать полукровку во сне.

— Мне нужна ваша помощь, госпожа Аил, — произнес Ардан, подходя ближе.

Марина подняла на него взгляд, буквально утопающий одновременно в страхе и в той степени безумной, почти первобытной решимости, которую может испытывать только мать. Мать, готовая на что угодно, хоть на сделку с Фае, лишь бы спасти своего ребенка.

Ардан уже видел такие глаза. У герцогини Анорской в ту ночь, когда будущая Императрица-Консорт согласилась на сделку с Сенхи’Ша.

— Что я должна сделать? — спросила она твердо.

Хрупкая и миниатюрная, держа на руках обессилевшего мужа, готовая продолжать сражаться за порожденный ею же свет. Может, природа и распорядилась так, что мужчинам досталась сила тела, но Арди никогда не видел кого-то более пугающе отчаянного, чем мать, когда её дитяти что-то угрожало.

— Просто не сопротивляйтесь, — попросил Ардан. — Когда почувствуете меня, то не сопротивляйтесь.

Она не поняла. Даже дернулась в сторону из-за весьма двусмысленной формулировки, но как только Ардан поймал её глаза и отпустил на волю Взгляд Ведьмы, госпожа Аил расслабилась. Она обмякла и едва, если бы не Бажен, не свалилась с кресла.