— Просто оставь, — сказала Ирина и сев в свой Жигулёнок, добавила. — Украдут ещё. А машина особая.

— Пока, вроде, не украли, — усмехнулся я.

— Не украли, потому что охрана за тобой ездит. Пять попыток угона пресекли. Я тебе другую пришлю. Такую же, но другую.

— Хорошо. К машине я уже привык. Так и эту украдут, если ты говоришь, что уже пытались.

— По этой видно, что она другая. По звуку двигателя, по тому, как она дорогу держит. Знатоки видят. Специалисты переделывают обычные. У этих Жигулей зад прыгает и амортизаторы от груза в багажнике проседают, а на ухабах и на скорости легко пробиваются. А твоя — специальная машина.

— Да и ладно. Мне на ней не гонки устраивать ралли «Париж-Дакар».

— Что за ралли такие? Не слышала.

— По пустыням Африки машины…

Тут я понял, что ни разу за время пребывания в этом своём теле про ралли «Дакар» не слышал.

— Не гоняют ещё? — закончил я.

— Почему не гоняют? «Абиджан — Ницца». Не «Париж-Дакар». Во время прошлогодней гонки года французский мотогонщик Тьерри Сабин заблудился в Ливийской пустыне, южнее гор Тибести. Закрыли их, вроде бы. Слишком опасно.

— А… Ну, да. Этот Тьерри организует свои гонки «Париж-Дакар», — вспомнил я. — Потому, что эти закроют. В семьдесят девятом году лучшим на автомобилях будет французский экипаж на Лэнд Ровере. Зверь машина. Полноприводная. Себе такой хочу.

— Лэнд Ровер — это Великобритания? — спросила Ирина Юрьевна. — Рекомендуешь?

— А то! Зверь машина. А нельзя и мне такой? Я бы заплатил.

Я помнил, что эти Лэнд Роверы Рэндж Роверы производили до середины девяностых годов и показали они себя великолепно.

— У тебя есть столько валюты? — язвительно ухмыляясь, спросила Ирина.

— Валюты нет, но готов к краткосрочным валютным командировкам.

Ирина выпучила на меня глаза и прыснула со смеху. Отсмеявшись, сказала:

— У нас послы столько не зарабатывают.

— Но я же не посол. Я могу, за долю малую, вам счета иностранные за рубежом вскрыть. Процентов за десять от снятой с них суммы.

Ирина Юрьевна приоткрыла от удивления рот.

— Стоп, — сказала она. — Садись, поехали.

Сел. Поехали. Приехали. Предстал под светлые очи.

— Что ещё такое? — спросил, нахмурившись Юрий Владимирович, увидев нас с Ириной, зашедших к нему в кабинет.

— Здравствуйте, Юрий Владимирович, — сказал я. — Вот, попрощаться зашёл.

Андропов скривился.

— По телефону попрощались. Нет у меня на вас времени.

— Ты послушай, что он говорит! — сказала Ирина. — Повтори, что мне сказал.

Я повторил.

— Какие иностранные счета? — наконец-то отмерев, спросил Андропов, который в ступоре завис минуты на две.