— Любишь, не любишь… Нашёл, понимаешь, ромашку… Спать ложись. И чтобы мне ни грамма в рот.Узнаю, сам придушу!
* * *
[1]https://vkvideo.ru/video335308878_456241918
Глава 5
Восьмого числа Чаусовы вылетели во Владивосток, а я остался. Светлане нужно было в школу, мне нет. Родители, узнав, когда я позвонил им по телефону, что у меня аттестат зрелости в кармане, почти не удивились. Мама только сказала:
— Молодец, сынок. Умница. Весь в маму. Мама твоя тоже школу с серебряной медалью закончила. А ты с «золотой».
Отцу я доложил, что задержусь в Москве на пару дней по просьбе Юрия Владимировича. На самом деле это была часть правды. По просьбе Андропова я ожидал операции Григоренко. Но ещё и Высоцкий предложил мне поучаствовать в работе над сценарием «Места встречи», но я сначала отказался. Но подумал, почему бы мне сразу не отделаться от сценария «Гардемарины, вперёд!». Тем более, что Владимир Семёнович выделял для меня комнату в арендованном им особняке. Где, кстати, будет жить и Станислав Говорухин.
Но когда я после аэропорта, где провожал Светлану, приехал в Переделкино, оказалось, что это на имя Говорухина была снята «Зимняя дача». И это он один будет работать над сценарием, а Высоцкий станет приезжать периодически, когда в нём Станислав Сергеевич почувствует потребность.
— Да, как же так⁈ — почти возмущённо спросил я Высоцкого. — Ты почему не сказал мне об этом⁈ Я его не знаю, он меня не знает… Писательство — это, сам знаешь, какой трудный процесс. Нужны тишина и покой. И готовая еда в столовой. Зашёл, перекусил и назад. А я так вообще предпочитаю у себя в комнате обедать. Глядя в монитор.
— Э-э-э… Во что? — не понял Высоцкий.
— В отпечатанный лист. Который заставляет думать. Смотришь на уже напечатанное, жуёшь, читаешь и приходят мысли.
— И я так делаю, когда работа стопорится. Даже на чистый лист смотрю иногда.
— Это и есть монитор. И ещё… Я ведь тоже буду на машинке печатать. И он, и я… Представляешь, что это за обстановка будет. Машинный зал телеграфного агентства ТАСС.
— Не захочешь тут быть, ко мне приезжай на Грузинскую.
— Ага! А у тебя палаты царские, — хмыкнул я.
При разговоре присутствовала Зара, которая вдруг сказала:
— Вот вообще никакой проблемы не вижу. Ты сможешь вернуться в свой гостиничный номер. Он даже ещё оплачен на сутки. И продлить можно.
— Точно, — сказал я, соглашаясь с Зарой.
— Станислав хотел с тобой познакомиться. Оставайся хотя бы на сегодня. Посидим, покумекаем над сценарием. Я ему не говорил, что ты ясновидящий, но намекнул немного.
— Влади-и-мир Семёнович, — обратился я к Высоцкому тоном милиционера из фильма «Брильянтовая рука» и перешёл на «вы». — Что вы могли намекнуть немного?