— Не сейчас такого понятия.
Я скривился и отмахнулся.
— Главное, что если бы выпустили на операцию и твой отец не вернулся — он стал бы невозвращенцем. А так — государство само его вышлет. За подрывную деятельность.
Григоренко покрутил головой.
— Хм. Соображаешь…
— Это сам Андропов говорил кому-то. В моём присутствии… Что тут соображать. А на счёт Штурмина… Ведь у него нашли не просто порнографические фотографии, а с его участием и участием его подружек. Ребята сказали. Кто-то из них в милиции работает, узнал подробности. И взяли его на валюте, когда… Да… Пофиг, честно говоря! Могу и уйти, если это тебя колышет. Меня Сато-сан с руками и ногами заберёт.
Григоренко немного помолчал. Потом хмыкнул.
— На самом деле я не сын Григоренко. Сына зовут Андрей и он Петрович, а не Ярославович и он в семьдесят пятом году эмигрировал.
— А ты тогда кто?
— Дед Пихто. Внук я его, от дочери первой жены.
— Тфу, млять! — выругался я.
— Кто бы меня на такой работе держал?
Григоренко улыбнулся.
— Не общаемся мы с «дедушкой».
— А что ж ты тогда? — возмутился я.
— Да так… Пошутить решил. Когда ты сказал, что вылечил…
— Шутник, млин, — буркнул я. — А я уже засобирался свалить отсюда. Думаю, вот подстава, так подстаа… А тут… Совпадение просто.
— Совпадение, да, хе-хе.
— А про внучку Шелеста? — встрепенулся я.
— Не-не… Про внучку Петра Ефимовича — правда.
Глава 12
«В полный рост» шли съёмки «Места встречи». Съёмочная группа уехала в Одессу ещё в Апреле и с Высоцким мы не виделись, но периодически созванивались. То я ему, то снова я ему, хе-хе… Погружён был в «фильму», Владимир Семёнович и «фильма» ему нравилась. Кстати, он отругал меня за то, что в «Пиратах двадцатого века» стоит его имя, как сценариста.
— Ну, кто бы в Госкино стал читать сценарий какого-то Миши Шелеста, даже принесённый Ириной Юрьевной. Не хочешь, вычеркнем, но, полагаю, что ты как режиссёр всё равно будешь править, так уж стань сразу соавтором.
— Ладно, жулик! — махнул на меня рукой Владимир Семёнович.
— Это не я жулик. Это Ирина Юрьевна подсказала, а она, ты знаешь, плохого не посоветует.
— Ирина? Ну, ладно, тогда, — вздохнул он. И уехал в Одессу. В начале апреля.
Сейчас апрель заканчивался и наша школа готовилась к демонстрации. Нас обязали участвовать в проходе в общей колонне спортобщества «Трудовые резервы». И не только проходе, но и в демонстрации приёмов самообороны, которые ребята должны выполнять на движущемся грузовике с платформой в виде ринга с канатами. Да-да, каратисты и кикбоксеры должны были демонстрировать своё искусство на Первомайской демонстрации. Так было принято в это время. Хотя я про такие правила забыли «вспомнил», только тогда, когда директор дал ознакомиться с приказом.