— Все они приличные и добрые, — подумал я тогда.

Моё поступление в медицинский институт Пётр Ефимович одобрил.

— По профилю? Молодец! С такими руками только в медицине и работать.

Попытки Петра Ефимовича навязать мне лечение его знакомых и друзей, я аккуратно, но уверенно отклонил. Не смотря на его увещевания и призывы к совести комсомольца, строителя советского общества.

— Ты же, Михаил, будущий врач. Ты обязан лечить наших людей.

— Пока нет, Пётр Ефимович. Не обессудьте.

Это моё «не обессудьте» убедило Шелеста в серьёзности и принципиальности моей позиции.

Таня уехала и обещала звонить и писать. Хм! И написала сразу, как только вернулась в Киев. По письму я понял, что её выбор будущей профессии учителя русского языка и литературы обоснован. Писала Татьяна складно и без ошибок.

— И фамилию ей менять не надо, — подумал я. — Шелест и Шелест. Только штамп в паспорте поставить.

К марту-апрелю я уже немного поостыл в отношении моей первой любви, прервавшейся в одночасье. Одномоментно! А поначалу я просто рвал и метал. Бедные те мешки и макивары, что попались мне под руку. И бедные руки, да. Правда, заживали они быстро. Тоже одномоментно. Сердце заживало дольше.

День рождения я отметил в одиночестве.

— Где мои семнадцать лет? На Большом Каретном! — пел я под гитару. — Где мой чёрный пистолет? На Большом Каретном! Прострелить бы башку этому смуглолицему… Да-а-а…

Я был зол на себя, на него и на Светлану. Зол и пил коньяк, закусывая оливками, которые здесь продавались почти в каждом гастрономе. На развес. Продавщицы черпали их из деревянных бочек ситом. У меня их в холодильнике стояло несколько трёхлитровых банок. На всякий случай. Вдруг исчезнут с продажи?

— Да и пофиг, — думал я, почти не пьянея, про несостоявшуюся любовь. — Да, и пофиг.

А потом появилась Татьяна. И я задумался о ней. А о ком ещё думать? Не о Светлане же? Идти искать благоверную? Я знал, где её можно найти. Но… Снова заставлять себя и её идти по тем же граблям? Рука об руку? С песней по граблям? Не-е-е… Я не садист не мазохист. Посмотрим, что получится? Если получится… Е-е-если долго мучиться, что-о-о-нибудь получится. Это я снова слегка выпил, когда получил письмо от Татьяны. Выпил и распевал под гитару песни. Размышляя-думая.

Прокатились на грузовичке мы классно. На меня поочереди «нападали» трое старших учеников, которые за это время правильно усвоили стойки и удары, а я отбивался от них и аккуратно, чтобы они не выкатились на дорогу, валял по помосту. Но, слава всевышнему, всё обошлось. Кувыркались они в сторону кабины.