— Они дурачат нас, — утверждал я, и мне поверили, когда я показал, что откуда росло и почему без базы каратэдо стиля шотокан не получится стать правильным каратистом, а без всего остального просто бойцом. Я показал, как длинные стойки переходят в короткие без потери качества удара, но с приобретением качества в перемещении.
— Но принципы нарабатываются в стиле шотокан, — убеждал я.
И со мной согласились. И это была маленькая победа. Такая маленькая, что про неё я вскоре забыл. Так и должно было быть. Согласно моему плану. И плану Ирины Юрьевны, дай ей бог здоровья. Это ведь она всё придумала, без меня, меня женив на Москве. Вскоре я уже и не представлял себя без «моей» школы спортивных единоборств на Цветном бульваре.
[1] Красивое цветение.
Глава 11
«Простой таймер», сделанный из нескольких настольных часов-будильников «Электроника 13», запускали и отключали мой «умный дом»: накачивали воду в емкости, включали и разогревали до нужной температуры баню, включали дополнительные тенны электрического водогрейного котла, включали в доме и во дворе освещение, включали духовую печь, где разогревалась еда, включали музыку. Собрать такую схему на соленоидах-замыкателях — плёвое дело. В несколько вечеров слепил.
Поэтому, я приходил не в темный и неприветливый дом, а в уютную берлогу. Почему не наоборот? Потому, что в доме присутствовал «мужской порядок». Как Ирина Юрьевна не навязывала мне «домомучительницу», я мужественно её потуги отверг.
Если, или вернее, когда я готовил, то готовил «на дивизию». Котлет или мяса на противне, борща ведро, крупу варёную разную. И всё это замораживалось и хранилось в морозилке. Потом доставалось и разогревалось. Как говорится: лучше полдня потерять, потом за пять минут долететь. Вот я и потерял несколько дней, чтобы не чувствовать себя одиноким. Приходить домой и заниматься готовкой надоедает через месяц.
В моем прошлом-будущем «Умный дом» был умнее, но принципы я взял у него. Жаль, что роботов-пылесосов сейчас не было и полы приходилось мыть самостоятельно.Но, как говорил папа: чистота — залог здоровья и чистоту я блёл. Тем более, что в доме ничего лишнего у меня не было. Не было женщины, не было и ничего лишнего: слоников на камоде, самого камода, хрусталя и мест его хранения.
А мебель я сделал, да. Только не я, а цыганский мастер по моим эскизам. И не мебель, а деревянную кровать-тахту, стоящую прямо на полу, с ящиками для постельного белья. Слишком уж она казалась мне шаткой. Всё остальное я оставил: кресла, диваны… Какая разница на чём сидеть? Тем более, что я дома, почти не обитал. Только ночевал. Жил, фактически, в спортшколе. Ну, а что ей, хе-хе, пустовать? Тяжёлая атлетика не очень интересовала молодёжь. Да и старенькое было здание. Совсем ветхое. Как и цирк. Тысяча восемьсот какого-то года.