Айра подавила взрыв нервного смеха, предвещавший истерику. Вот как всё обернулось.
— Проще всего было бы передать тебя инквизиторам и выслушать, что ты расскажешь им. Однако тогда история могла бы исказиться твоим стремлением угодить им. Не поделишься ли причиной, по которой донесла на того мага?
— Он насильно обратил меня к тьме, обесчестил и принуждал совершать омерзительные поступки. Однако я всегда была верна свету.
Притвориться селянкой, сбежавшей от мастера Зохария, и привести к его порогу ищеек света — эта задумка зрела у Айры с тех пор, как он обнаружил у неё дар и инициировал его тьмой. Она ненавидела своего наставника за многие вещи, на перечисление ушёл бы не один час. Но в их числе не значилось то, что он подарил ей магию и развил тот скудный талант, которым она обладала. О тьме Айра не жалела. Она отомстила за унижения — и была несказанно благодарна за то, что он показал ей бушующий океан мощи, хоть и получалось пользоваться не более чем крохотным напёрстком. Отвергать тьму для Айры было всё равно что отвергать саму себя.
— Что-то такое я и подозревал, — протянул Бельмут. — Безусловно, инициирована насильно… издревле теологи спорили, можно ли считать принуждённого истинным падшим. Преобладает точка зрения, согласно которой тот, в ком сильна вера, не допустит инициации тьмой. Упадёт замертво или оттолкнёт её — что-нибудь в этом духе. Я же склоняюсь к позиции материалистов: первичны поступки, а не источник силы.
Он подманил её. Подходя, Айра затрепетала — от близости пламени, от неизбывного ужаса и от проблеска надежды.
— У Касимира ходили интересные и опасные мысли касательно тебя в свите Селесты и того, как этим можно воспользоваться. Я же счёл, что обвинение члена королевского рода с пособничестве тьме бросает тень на всю династию. Тем не менее бороться с искушением как-то воспользоваться твоим присутствием во дворце было нелегко. Но после того как я удостоверился, что ты не причиняешь вреда его величеству, я всё чаще стал задумываться о том, что любое орудие можно применить на благо света.
По лицу Айры струился пот, архиканоник же ничем не показывал, что его донимает жар.
— Взять хотя бы твой талант не оставлять следов. Обнаружить воздействие получалось при прямом наблюдении, после же ничто не выдавало касания тьмы. Даже если кто-то из светлых магов очищает пространство, тень тени прячется в складках реальности, — но не в твоём случае. Вот только что произошло у Фредерика?
— Я… я случайно разбудила его. Наступила на кота. Он не… — Айра запнулась и замолчала, поймав мимолётное изумление в прищуре архиканоника.