Хотелось вскинуть руки к небесами и горестно возопить: почему, ну почему здесь нет системы прокачки, как в играх? Как легко было бы понять, что делать дальше, если бы я видел свой уровень и доступные навыки! Степень схожести этого мира с Землёй в этом аспекте оставляла гадкий привкус во рту.
Так, терзаясь пустыми размышлениями, незаметно я уснул.
Глава 7
Следующий день начался скучно. Слуги принесли воду для умывания, заменили ночной горшок. Завтрак состоял из каши и красного сока, по вкусу напоминавшего брусничный.
Закончив с утренним туалетом, я поймал себя на том, что делать совершенно нечего. Ради приличия я вежливо наехал на стражника, вынудив того пообещать, что он поговорит с начальством насчёт разрешения прогулок. В конце концов, я не преступник и бежать больше не собирался.
Чутьё подсказывало, что без помощи в средневековой эпохе протянуть ноги с голоду легче лёгкого. А раз так, оставалось смирно сидеть на месте в надежде, что меня возьмут в какой-нибудь орден магии, где скрытые способности раскроются в полной мере. Первоочередной задачей, несомненно, стояло возвращение домой, а лучшего места для поиска заклинания перемещения между мирами, чем магическая академия, было не найти.
После обеда выяснилось, что беседа с охранником принесла плоды: он сообщил, что поступило распоряжение не мешать мне ходить по палисаднику и западному крылу дворца. Из этих слов логически вытекало, что находились мои покои как раз в западной стороне.
Я радостно кивнул стражнику и проскользнул мимо него, рассчитывая как следует облазать все доступные места. Однако раздавшиеся за спиной шаги, сопровождаемые слабым бряцанием доспехов, намекнули, что в нашем с дворцом рандеву затесался третий лишний. С другой стороны, этого следовало ожидать. Отпускать незнакомца без сопровождения бродить по дому царствующих особ было бы в высшей степени неразумно. И всё же сам факт, что за мной будут присматривать, подпортил настроение.
Так началась прогулка. Доступный для изучения участок дворца закончился быстро. Он не впечатлял, особенно того, кто видел фотографии внутреннего убранства земных дворцов (и любой из них мог дать сто очков форы бывшему баронскому поместью).
Внимание привлекли лишь расставленные на пьедесталах вазы, рыцарские доспехи, прятавшиеся в нишах, и висевшие в коридорах картины. Вазы выделялись прихотливой золотой вязью на крутых фарфоровых боках, а картины — попадавшимися откровенными сценами, которые выходили далеко за рамки обнажённой груди. При желании легко представлялось, как художник, что рисовал их, не раз отрывался от работы, чтобы принять участие в развернувшихся перед ним оргиях.