В мою сторону двинулась Лошадчак, но на ее пути встала Маришка, обманчиво мягко ей улыбаясь. От этого блогерша заметно вздрогнула и попятилась.
Компаньонка подошла ближе и взглянула на меня влажными от слез глазами. А потом она посмотрела на князя, и тот кивнул, словно давая ей разрешение на что-то. Девушка оттеснила от меня Никона и слегка коснулась кончиками пальцев моей ладони. Между нашей кожей возникло тепло, которое тут же растаяло.
— А сейчас мы просим нас простить и позволить остаться наедине с нашим дорогим Михаилом Владимировичем. Он обязательно расскажет всем о своих приключениях и о том, как смог вернуться. А также, мы официально подтверждаем, что Русалья неделя примет всех желающих, кроме тех, кто поспешил вернуть билеты. И да — эти билеты будут проданы по двойной цене, а разница пойдет на благотворительность!
— На храм? — спросил кто-то из толпы.
— На детей, которые нуждаются в заботе, — ответила Маришка и вновь бросила на меня короткий обжигающий взгляд. — Морозовы не оставят в беде своих. А свои для нас не только те, кто носит фамилию…
Я удивился этой формулировке. Но похоже, в мое отсутствие здесь выработали стратегию поведения.
Охрана Синода не сразу смогла справиться с толпой. Люди не хотели уходить, и мне пришлось встать рядом с пустым гробом и принять от гостей поздравления и уверения в добрых пожеланиях.
Лошадчак все же решилась подойти, но ограничилась дежурными фразами.
— Дешевый спектакль… — проворчал Луль и побрел прочь, пьяно покачиваясь. Кажется, чудесное воскрешение расстроило его больше моей предполагаемой гибели.
Долгорукий сухо сказал:
— Поздравляю…
— С тем, что я не умер? — уточнил я.
— Именно, — скривился мужчина и направился в ожидающей его машине.
Никон сиял, как начищенный самовар. Время от времени он пожимал мое плечо, словно убеждаясь, что я действительно реальный и нахожусь здесь. Как только поток желающих подойти ко мне иссяк, а камеры перестали сверкать вспышками, я выдохнул.
— Воскресать очень утомительно… — сказал я.
— Ты мог позвонить, — упрекнул меня Денис и тотчас изобразил улыбку, глядя на приблизившихся ведьмаков, которые чуть раньше несли гроб.
— Увы, телефон сейчас лежит где-то в траве Лукоморья…
— Плакали мои планы стать первым ведьмаком, — протянул Иван и посмотрел на стоявшего рядом Дениса. — Мы переживали, что семья Морозовых будет лишена титула.
— Из-за этого не стоило беспокоиться, — князь устало улыбнулся. — Михаил Владимирович перед отъездом порекомендовал в семью нового бастарда, и я успел принять парнишку и дать ему фамилию. Так что, сейчас официально в семье трое Морозовых.